Главная страница


Правила форума


Уважаемые форумчане и гости Форума, данный раздел является профильным и индексируемым, здесь мы оказываем взаимопомощь и психологическую поддержку алкоголикам и их родственникам, пожалуйста, воздержитесь от флуда, йумора и прочих безобразий, упражняйтесь в остроумии во флудилке, спасибо за понимание.

1 ... 13 14 15 16 17 18 19 ... 41
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 11 ноя 2017, 16:28 
Аватара пользователя
Возвращение к людям
Гривc Джеймс
Я – алкоголик

Меня зовут Джимми Гривc. Я – профессиональный футболист. И я – алкоголик.
Решившись сделать это признание на собрании «Анонимных алкоголиков», я смог спасти свою жизнь. До этого пьянство медленно, но верно убивало меня. В общество «Анонимных алкоголиков» меня привело отчаяние, и там я обрел путь к нормальной жизни.
Но помощь эта пришла слишком поздно. Семья, в которой я был счастлив почти двадцать лет, уже была потеряна, и моя деловая карьера тоже потерпела крах.
Сейчас день за днем я постепенно учусь жить по-новому, и мне хотелось бы поделиться своим опытом – и плохим и хорошим – в надежде, что это поможет людям избежать тех ошибок, которые разрушили мою жизнь. В особенности я хочу, чтобы мои слова дошли до молодых футболистов, которые, может быть и не подозревая того, ступили на ту же скользкую дорожку.
Пишу эту книгу не ради выгоды. Сколько бы я на ней ни заработал, все уйдет на уплату задолженности по налогам, образовавшейся за годы пьянства. Откровенный рассказ о моих бедах будет и самому мне полезен, а если он еще откроет глаза хотя бы одному потенциальному алкоголику и принесет поддержку и надежду тем, кого уже затянула выпивка, тогда все горе и страдания, что я испытал, не будут совсем уж напрасны.
У каждого алкоголика есть свое «дно». Для многих это денатурат и жалкие опивки в чужих стаканах. Единственным, что меня спасало от этого, была возможность пить так называемые «приличные» напитки и физическая выносливость, позволявшая быстро оправляться даже после самых жестоких пьянок. Но и у меня было свое «дно» – мусорный ящик в дальнем конце нашего сада, где холодным зимним утром я рылся в поисках выброшенных женой пустых водочных бутылок в надежде найти хоть несколько оставшихся капель. Это было зимой 1977 года. Нет смысла спрашивать меня, когда точнее происходили события последних пяти лет, потому что пьянство разрушило в первую очередь мою память. Я могу почти досконально вспомнить все, что связано с футболом, но в памяти начисто стерты все самые жуткие эпизоды моих пьянок.
Но я все же хорошо помню тот момент, когда впервые понял, что стал отпетым алкоголиком. Как-то, когда я забылся пьяным сном в кресле, моя теперь уже бывшая жена Ирена нашла запрятанный мной запас водки и в ярости вылила все содержимое в раковину, а бутылки выбросила в мусорный ящик. Я проснулся, весь горя желанием выпить, перерыл все шкафы и ящики, ища, как маньяк, эти бутылки. Кончилось тем, что я упал около мусорного ящика и начал вытряхивать в рот оставшиеся в бутылках капли. Ниже катиться было некуда.
Тогда казалось: обратной дороги нет. Мне необходимо было выпить полбутылки водки, чтобы встать с постели и начать день. Я уже не мог унять дрожь в. руках, а думал лишь о том, где и как бы выпить еще. Пивные только открывались, а я уже стоял у входа. Для начала я всегда брал кружку пива – в нем было по крайней мере что-то питательное. Это была вся моя еда за день.
Подожди, пока бармен отвернется, Джимбо. Не надо, чтобы он видел, как трясутся у тебя руки. Вот так лучше. Ну, теперь еще кружечку пива, и я иду к себе в офис.
В течение дня я выпивал двенадцать, тринадцать, а то и четырнадцать кружек пива. И хоть бы что! Выпитое на меня тогда почти не действовало, и только тот, кто давно меня знал, мог бы сказать, что я в подпитии. А затем я шел домой и там уже пил водку, иногда даже две бутылки за вечер.
Говорю здесь о том, сколько я пил, не для того, чтобы произвести впечатление. Просто мне хочется, чтобы стало понятно, насколько далеко зашло дело. Просто чудо, что я тогда выжил и могу сейчас судить об это трезво и спокойно. Довольно часто я и машину вел в тяжелом опьянении. Однажды мне даже случилось заснуть пьяным за рулем и меня разбудил патрульный полицейский. Я сказал, что остановил машину, потому что от усталости начал засыпать. Он поверил, посоветовал открыть окна, предупредил, что ставить так машину на дороге опасно, и отпустил меня. Было бы лучше, если бы он отправил меня в участок.
Во время запоев я становился невыносим для самых близких и дорогих мне людей. Но в такие моменты я был просто не в состоянии понять, какое зло им причиняю. И это самое худшее, что есть в алкоголизме. Он губит не только свою жертву, но и окружающих. Только теперь, оглядываясь назад, я в полной мере осознаю, каким мучительным бременем я был для своей семьи и деловых партнеров. Бывали периоды почти полной невменяемости, когда я впадал в ярость, терроризировал и оскорблял домашних. Своих сотрудников я подводил из-за необязательности и неспособности надлежащим образом вести работу.
Единственно, что я могу сейчас сделать, хотя, наверное, это уже бесполезный жест, – это принести свои самые глубокие извинения тем, кого заставлял страдать, и просить их если не простить меня, то хотя бы понять. Прежде всего я обращаюсь к Ирене, которая всегда была прекрасной женой и матерью. Прежде чем окончательно со мной расстаться, она вынесла все, что было в человеческих силах. Единственной причиной нашего разрыва было мое пьянство.
Какой же ты дурак, Джимбо! Ты можешь надеяться только на то, что Ирена поймет, как тяжело ты был болен. Писатель Чарльз Джексон назвал одну свою книгу об алкоголике «Пропавший выходной». Для меня пропавшими были последние пять лет.
Слава богу, все мои четверо детей здоровы, периоды моих запоев не принесли им большого вреда; хотя переживаний у них было достаточно, по характеру они сильные и стойкие. Теперь я стал им гораздо ближе, чем прежде. У меня две красивые дочери и два отличных, обожающих спорт парня. Я стараюсь проводить с ними как можно больше времени. Живу я отдельно от семьи, но всегда могу прийти к детям, зная, что мне будут рады, если я не пьян. Несмотря на разрыв, мы с Иреной – в особенности Ирена – сумели все-таки сохранить для детей семейную атмосферу.
Не думайте, что я не пытался бороться со своей болезнью. Я проходил лечение у двух лучших психиатров и по крайней мере раз десять лечился в самых дорогих частных клиниках. Но кончилось все в бесплатном отделении для алкоголиков в наркологической лечебнице в Уорли, графство Эссекс, куда, не помню уже в который раз, я попал в сильнейшем опьянении. И тогда мне сказали, что уже ничем помочь не могут.
Почему я пристрастился к спиртному? Как случилось, что я потерял контроль над собой? Я задавал себе эти вопросы десятки раз. Считают, что алкоголики пьют, чтобы забыться. На это могу ответить горькой шуткой, что я забыл то, что пытался забыть. Однако то, что я пережил, далеко не смешно.
Со стороны можно было подумать, что в жизни мне все само шло в руки. Футболист международного класса, в делах – удачлив, в браке – счастлив, четверо детей, великолепный дом и много преданных друзей. Но если внимательнее вглядеться в жизнь Джимми Гривса, то можно найти ответ, почему я обращался к выпивке в поисках утешения и выхода. Но это был выход, ведущий в ад.
Когда мне только исполнилось девятнадцать, нас с Иреной постигло огромное несчастье. Наш старший сын Джимми Гривс-младший умер от воспаления легких четырех месяцев от роду. Я был воспитан в религиозной католической семье, но с того момента стал подвергать сомнению все, чему меня учили и что мне говорили о боге и церкви. Теперь я во много раз крепче духом, и все же, когда вспоминаю ту трагедию, мне хочется кричать от гнева, бессилия и боли. Это несчастье так и осталось для нас глубокой, незаживающей раной.
В течение нескольких недель после смерти нашего Джимми я был в таком безумном потрясении, что удивительно, как не сошел с ума. С этим несчастьем связан и переезд в Милан, но он нисколько не помог избавиться от того кошмара, и мне представлялось, что только выпивка может из него вывести. Я пробыл в Милане четыре месяца. Но казалось, прошли долгие годы. Уезжал я в Милан мальчишкой, а когда благодаря клубу «Тоттенхем» смог вернуться оттуда, чувствовал себя человеком с богатым жизненным опытом.
В «Тоттенхеме», чтобы снять напряжение от игры, я продолжал здорово пить. В мое время страсти в большом футболе достигли невероятного накала, и поражение воспринималось как бесчестье. Перед игрой мы были так возбуждены, а во время игры адреналин подскакивал у нас до такого уровня, что после матча многим игрокам необходимо было какое-то средство, чтобы успокоиться и привести себя в норму.
Меня всегда считали игроком с холодной головой, железными нервами, хотя в действительности я человек неуравновешенный и легко возбудимый и много курю, чтобы снять напряжение.
В «Тоттенхеме» к любителям выпить относились спокойно. Я продолжал пить, и мне это стало нравиться. Ко времени перехода в клуб «Вест Хэм» я уже находился на начальной стадии алкоголизма: выпивка превратилась для меня в необходимость.
Однако по-настоящему я запил только после того, как ушел (сравнительно рано, в тридцать один год) из футбольной лиги. Именно тогда мне стала угрожать реальная опасность.
Слишком поздно я понял, что ушел из большого спорта, когда впереди у меня было еще немало лет настоящей игры. От своего бессилия что-либо изменить я хватался за горлышко бутылки. Но вскоре сама бутылка схватила меня за горло. Я стал ее рабом.
Зимой 1977 года я попал в больницу в наркологическое отделение психиатрической больницы в Колчестере, графство Эссекс. У меня была белая горячка, и когда меня из нее вывели, то предупредили, что я медленно, но верно свожу себя в могилу.
В лечебнице я увидел людей, потерявших человеческий облик, увидел загнанное выражение их широко раскрытых глаз, и в меня закрался страх, что я могу остаться там навсегда. Вскоре я потребовал, чтобы меня выписали.
Через несколько недель меня снова забрали в психиатрическую больницу, на этот раз в Уорли. Журналисты с Флит-Стрит пронюхали, что со мной происходит, и когда о моей болезни стало широко известно, я понял, что дальше катиться некуда.
Два года я состоял в обществе «Анонимных алкоголиков», но относился к нему недостаточно серьезно. Однако после газетной шумихи я понял, что должен самым серьезным образом следовать советам и рекомендациям, которые получал в этом обществе, иначе жизнь свою я утоплю в бутылке.
В то время меня постоянно преследовала мысль о Хью Галлахере – гении шотландского футбола, забившем несметное количество голов; он, как и я, играл в свое время за «Челси». С ним на протяжении всей моей футбольной карьеры меня постоянно сравнивали. Уйдя из футбола, Галлахер превратился в алкоголика. В сорок четыре года, потеряв семью, оставшись без друзей, всеми забытый, он спрыгнул с платформы под поезд и погиб.
Обо мне говорили, что я забиваю голы, как Галлахер. Может быть, меня ждет тот же путь на кладбище? Мысль о возможности такого конца не оставляла меня. И когда все вокруг рушилось, я знал, что есть край платформы, ступив с которого, я могу разом покончить со всеми бедами.
Мысль о самоубийстве приходила ко мне давно. Не раз в минуту глубокой депрессии я брался за бритву, чтобы перерезать вены. Но то ли склонность к долгим раздумьям, то ли трусость не дали мне довести дело до конца. Я был тогда действительно очень болен.
Мне повезло больше, чем Галлахеру. Вокруг меня были люди, друзья, которым я был небезразличен. Самыми верными среди них были Норман Куик и его чудесная жена Джин. Норман, фоторепортер с Флит-Стрит, уже двадцать лет мой ближайший друг. В самые беспросветные периоды моей жизни он и Джин помогли мне выжить, к ним обращалась Ирена, когда я устраивал пьяные скандалы дома.
Другой мой хороший друг, вызволявший меня из беды, – Дейв Ундервуд, председатель клуба «Барнет» южной лиги. За этот клуб я имею честь и удовольствие выступать во время футбольного сезона и сейчас.
В тот страшный период, чтобы как-то попытаться самому справиться со своей бедой, я было начал играть в «Брентвуде», а затем в «Челмсфорде», но из этого ничего не вышло, и я предался безудержному пьянству. И тут на выручку пришел Дейв Ундервуд, который, действуя тактично, деликатно, сумел вернуть меня в футбол, потому что знал: Джимми Гривсу без футбола придет конец. Если бы не его помощь, я был бы сейчас законченным алкоголиком.
О моей беде теперь в клубе «Барнет» знают все. В футбольном мире слава алкоголика – тяжкая слава, но для меня лучше, что это перестало быть тайной. Такое испытание необходимо. Оказавшись в центре внимания, я должен доказать всем, и в особенности самому себе, что у меня есть мужество и сила воли, чтобы справиться со своей бедой.
От алкоголизма избавиться непросто. К сожалению, это не просто «причуда». Но если удастся продержаться трезвым хотя бы день, то, значит, можно начать выруливать на правильную дорогу.
Живи сегодняшним днем, Джимбо. Все, что от тебя требуется, это прожить еще двадцать четыре часа без выпивки. И сегодня я не возьму в рот ни капли.
Меня часто спрашивают, как становятся алкоголиками? Ответ прост: для этого надо пить.
Вступив в общество «Анонимных алкоголиков», я понял, что «одна рюмка – много, а двадцать – недостаточно». Чтобы излечиться от алкоголизма, нужно пройти три этапа. Среди «анонимных алкоголиков» они известны как «три» «п». Первое – признание себя алкоголиком, второе – привыкание к новому образу жизни, третье – преодоление болезни.
Я прошел первый этап и, возможно, для многих самый тяжелый. Трудно признать себя алкоголиком.
Меня зовут Джимми Гривс. Я – профессиональный футболист. И я – алкоголик.
Свернуть


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 19 ноя 2017, 16:31 
Аватара пользователя
Достаточно сделать попытку

Я – алкоголик. Долгое время я считала, что живу нормальной и достойной жизнью. Разрешала себе пить, каждый раз надеясь, что смогу это делать, не причиняя никому вреда. Полная потеря контроля над собой, бессмысленные и постыдные происшествия, провалы в памяти – все это казалось мне случайным. Я надеялась на свою волю и здравомыслие. Горькая правда о том, что я не имею сил вести нормальный образ жизни, что я разрушаю свою личность и приношу много боли другим людям, была невыносимой для моего самолюбия.

Моральные принципы, этические нормы, философские убеждения – всем этим я обладала в какой-то степени, но все это оказалось бесполезным для меня. При этом я зависела не только от алкоголя, но и от других людей, вынужденных решать мои проблемы. Будучи взрослой женщиной, женой и матерью, я вела себя как капризный ребенок, который хочет только удовольствий и приключений, но совершенно не в силах нести ответственность за свое поведение. Обвинения всех и вся в моих несчастьях, жалость к себе (или, наоборот, презрение к себе), ничего, конечно, не меняли. Кроме того, я не могла представить себе жизни "без праздников", а праздник – это непременно алкоголь. Задалась вопросом - как бросить пить алкоголь женщине ?

В АА я узнала очень много о своей болезни. О том, какие несчастья переживали из-за алкоголя люди гораздо более сильные, удачливые и волевые, чем я. Узнала, что с точки зрения медицины алкоголик неизлечим. Только сейчас вижу, как я была напугана всей этой информацией. В течение нескольких месяцев именно этот страх отбивал желание выпить и заставлял работать над Шагами нашей Программы. Я выполняла задания спонсора с таким рвением, как будто убегала от чудовища, которое хочет меня погубить. В какой-то мере так оно и было. Я была гораздо менее спокойной, чем теперь, и совершенно неуверенной в себе.

Осознание собственного бессилия – это еще не смиренное и спокойное отношение к нему. Несовершенство моей личности я воспринимала очень болезненно. Я могла любить и принимать себя только сильной, доброй, приятной и добропорядочной во всех отношениях. А неудачи – это потому, что не постаралась как следует, не заставила себя. Или другие помешали мне сделать так, как нужно.

Ох, уж эти другие! Они почти всегда были виноваты в моих неудачах. И в моем пьянстве тоже. Не прощая слабости себе, я конечно не могла простить и других. Я алкоголик и идеалист, принимаю мир, себя и других только в совершенном, идеальном варианте. Любые неприятности, собственные ошибки, недостатки других людей, бытовые трудности выводят меня из равновесия. Наступает уныние и депрессия. Алкоголь на какое-то время делал мир таким, каким я хочу его видеть. Конечно, это иллюзия, но я очень любила жить в этой иллюзии и не умела жить в мире настоящем. И не просто жить, а жить с доверием к этому миру, к такому, какой он есть, с верой в смысл всего происходящего, хорошего и плохого.

Сейчас я учусь жить в реальном мире. Я только в самом начале пути. Мне трудно воспринимать мир на трезвую голову. Для меня все еще очень большое значение имеют удовольствия, материальные блага. Лень каждый день трудиться, заботиться о других. Прошел страх перед алкоголем. И иногда я начинаю завидовать людям, которые могут пить, могут позволить себе это удовольствие. Чувство скуки, однообразия – так проявляется тяга к алкоголю. Несколько месяцев я ее не чувствовала. Она по-разному может проявляться, эта тяга. Недавно было просто острое желание отгородиться от всех дел и обязанностей, и напиться. Я не могу рационально это объяснить. Причина, видимо, очень простая – я алкоголик. И это – надолго.

Я знаю, что я свободна. Выбор – жить трезвой или пить – делаю я. Никто за меня не принимает решения. Высшая Сила не делает меня трезвой насильно. Я свободна, поэтому и ответственность за принятое решение лежит на мне. Сегодня я принимаю решение жить трезво. Я верю в то, что есть Сила, более могущественная, чем моя, чем сила людей, которые любили меня и все же не могли помочь. Не надеясь только на свою волю, я принимаю такое решение каждый день и прошу помощи об этом у Высшей Силы. Я верю, что с этой помощью я смогу обрести душевное равновесие, силы для решения всех моих проблем. Я учусь любить себя такой, какой я себя увидела – обыкновенной женщиной, со многими слабостями и недостатками. Я учусь не зависеть от мнения обо мне других людей. Окружающие меня люди могут вести себя по-разному. Их поступки или отношение ко мне могут поддерживать меня в трезвости. Но могут и невольно подталкивать меня к срыву. Что я могу сделать в этой ситуации? Пользуясь опытом других алкоголиков, привыкнуть к болезненным для меня, обижающим меня поступкам (или словам) других людей. Научиться проживать такие ситуации, не теряя здравомыслия, принимая то, что я не в силах изменить. Мне помогла в этом работа по Четвертому и Десятому шагам.

Ребенку трудно понять, почему нельзя питаться одними сладостями и получать каждый день новую игрушку. Ребенку очень нравится, когда его хвалят, восхищаются его достижениями, нравится быть в центре внимания. Для того чтобы любить, приносить кому-нибудь радость, жить полноценной жизнью – не обязательно быть совершенной личностью. Достаточно сделать попытку не быть ребенком в тридцать лет, отказаться от эгоистической роли потребителя. И уж во всяком случае, необходимо быть трезвой. Сегодня.

Лена (Москва)


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 19 ноя 2017, 16:33 
Аватара пользователя
Чудо рядом со мной

Рос я скромным, застенчивым мальчиком, незапачканным, готовым прийти на
помощь, уступить место в автобусе, сказать "Вы" пожилому человеку. Женщина
была для меня больше, чем нежность и доброта, нечто очень возвышенное,
неземное. Мне хотелось общения с женщиной, но робость каждый раз становилась
на моем пути.
Вот тут и подвернулся под руку алкоголь. Выпив вина, я ощутил смелость и
раскованность, а, точнее, хамство, вседозволенность. Под хмельком я старался
находиться в центре внимания, кайфовал от своей значительности, всю ночь
рассказывал анекдоты. Свет настоящего мерк в сиянии моего собственного Я.
Когда действие вина проходило, я опять превращался в застенчивого парня. Лишь
вино было моим спасителем от робости. Даже занятия спортом не приносили
должного эффекта.
Четырехлетнее пьянство не отразилось на моем здоровье. Я был крепок, как бык.
Благодаря этому, я прошел военно-летную комиссию, и службу свою проходил в
летной части. Постоянные тренировки, полеты не оставляли излишков свободного
времени, да и жгучее желание выпить не посещало меня. Отсутствие в моем
рационе алкоголя привело к другой крайности. Я полюбил обильную, хорошую еду,
не забывая при этом девочек с текстильного комбината. Мысли и движения стали
ленивы, я походил на медведя, впавшего спячку. С радостью вырвался на
гражданку: пробуждение, счастье жизни, друзья, подруги. Но действительность
повергла меня в уныние. Из прежних знакомых - кто в тюрьме, кто в армии. И
меня подмяло под себя лечение старое и надежное - алкоголь.
Несколько лет прокантовался таким образом, а потом надоели и допинг, и
мимолетные связи, и вся бардачная жизнь холостяка. "Все, хватит, - сказал я
себе, - остепенюсь, буду пить в меру". Однако и с любимой женой мне скоро
стало душно, и, перефразируя слова песни, "в семилетний запой отправился
парень молодой".
Когда я всем и даже самому себе осточертел обещаниями типа: "все, завтра
брошу пить", я в первый раз обратился за помощью к врачу. Оттрясясь на
"сульфе", я твердо поклялся себе не пить нигде и никогда. Нарколог заверил
меня, что организм мой обновился и теперь чист, как стеклышко.
И поползли два года моей трезвости. Лучше бы я пил, как прежде. Каждый день,
каждый час, каждую минуту чувствовать себя лишним на этом "празднике жизни",
чувствовать, что я не такой, как все. Ведь тогда я считал, что пьяная жизнь -
это жизнь нормального человека. Бессонные ночи, одиночество обступили со всех
сторон. К старым, пьющим знакомым пути нет, а иных я не видел, ибо все кругом
пили, как лошади. Мне претило лгать, ссылаясь на болезнь печени или желудка,
чтобы отказаться от выпивки. И тогда я снова решил попробовать научиться пить
в меру.
Дальнейшее падение было стремительно: анонимные кабинеты, стационары,
кодирование, общество "Оптималист". Как в кошмарном сне, все это вихрем
пронеслось по моей жизни. Я уже убедился, что новый запой принесет только
беды, но отчаянно нырял в него, надеясь на благополучный результат. Тре-
бовалось лишь собрать волю в кулак. Собирал, и вновь жизнь возила меня мордой
по асфальту. "Слабак, ничтожество", - корил я себя бессонными ночами.
Алкоголь стремительно пожирал мой мозг, не оставляя времени на раздумья. Он,
делавший меня когда-то уверенным и счастливым, стал теперь моим палачом.
Глядя в зеркало, я видел пустые глаза, опухшее лицо, искаженное страхом. Я
стал опасен. Страх лишил меня нравственных барьеров, он все объяснял,
оправдывал любые действия. Контроль над жизнью полностью исчез, и я ждал
наступления конца. Месяца полтора я не принимал пищи, выпивал 20 граммов и
проваливался в небытие. Приезжала "скорая", меня откачивали, но я снова
выпивал роковые "20" и падал в бездну. Там, внизу, ждал меня дьявол,
беззвучно разевая в хохоте зубастую пасть и призывно махая когтистыми лапами.
Однажды, когда он уже вонзил свои когти в мое сердце, я заорал, обратившись к
Богу за помощью. Да-да, я, атеист, в эту минуту вспомнил о Боге!
В затылок мне ударил яркий свет и в одно мгновение растворил дьявола с его
цепкими объятиями. "Посмотри, парень отошел, дышит", - раздался над головой
удивленный голос. Это врач реанимации разговаривал со своим помощником. Они
уже отчаялись и похоронили меня, когда произошло воскрешение. Так, благодаря
реанимации, я познакомился с Высшей Силой.
Потом АА, и мое скудное существование начало приобретать очертание жизни.
Поездка в Ригу на трехлетие тамошней группы Анонимных Алкоголиков.
Возвращаюсь на родную Украину - и чувствую легкость. Исчез страх за
завтрашний день, теперь я не один. Сила воли ни при чем, когда дело касается
болезни. Больше не нужно "держаться" и бороться до остервенения.
Удивительное рядом, оно во мне самом, нужно только приложить усилие, чтобы
почувствовать и распознать его. Нужно захотеть этого.
Прошло уже больше двух лет без срывов и особых мучений. Конечно, бывает, что
я просыпаюсь в ужасе и в холодном поту, когда приснится, будто пригубил
первую рюмку Жена вскакивает вместе со мной, успокаивает и засыпает снова А я
еще долго сижу, не в силах уснуть, поверить в то, что это лишь сон, что на
самом деле я трезв. Видение разверстой в хохоте пасти еще изредка посещает
меня, но нет в ней былой уверенности и торжества.
Я - человек, в душе моей полно недостатков, но я готов к избавлению от них. Я
перестал критиковать, обличать корить других, чувствуя себя центром
мироздания. Я перепоручил свою жизнь Высшей Силе, подарившей мне ее. Я больше
не стесняюсь хороших чувств и готов отдать их ближнему. Я счастлив, что я в
АА, что вместе с Вами сегодня трезв.

Саша.


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 22 ноя 2017, 07:55 
Аватара пользователя
phpBB [media]


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 22 ноя 2017, 10:45 
Аватара пользователя
*СПИКЕРСКОЕ ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ*
"Разные люди расскажут о своем жизненном опыте. Каждый из них, рассказываясловами историю своей жизни своими и со своей точки зрения, описывает путь, приведший его к общению с Богом."
*Григорий Т.*(США)
_*Спикерское на группе АА"Вертикаль"*_
г. Подольск(Россия)
12.11.2017 года
https://yadi.sk/d/fcgvM8r13Po8cd


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 22 ноя 2017, 20:45 
Аватара пользователя
"Если у вас есть проблемы, связанные с выпивкой, мы надеемся, что, читая одну из сорока четырех личных историй, вы, возможно, остановитесь и подумаете: “Да, такое было и со мной”; или, что важнее: “Да, похожее чувствовал и я”; или, что важнее всего: “Да, я полагаю, эта программа сможет помочь и мне”.
Введение к книге "Анонимные Алкоголики".

ОХВАЧЕННЫЙ ЧУВСТВОМ

"Когда я впервые пришел в АА, то подумал, что все там пили сильнее меня и попадали в большие неприятности. Но я продолжал ходить на собрания и через какое-то время стал слушать, как начинались их истории. И осознал, что иду по той же дороге, просто еще не зашел так далеко - пока."
Читать историю полностью
Стена между ним и Богом рухнула, когда этот агностик, как он сам себя называл, выполнял Третий Шаг.
Когда я впервые пришел в АА, то подумал, что все там пили сильнее меня и попадали в большие неприятности. Но я продолжал ходить на собрания и через какое-то время стал слушать, как начинались их истории. И осознал, что иду по той же дороге, просто еще не зашел так далеко - пока.
В первый раз я выпил на последнем году учебы в сред­ней школе. В тот вечер, чтобы родители не услышали, как я выхожу из дома, я вылез через окно. Нас было четверо, и мы принесли только четыре бутылки домашнего пива. Больше я не совершал подобной ошибки!
На следующей неделе наша компания отправилась в тур­поход, захватив несколько ящиков пива. Мы прикончили все. Другие тоже много выпили, но я был единственным, кто проснулся посреди ночи и начал при свете луны бродить по округе. Я прошел мили в поисках чего-то. Сейчас я знаю, что я искал. В отличие от остальных, мне хотелось выпить еще.
В то лето между школой и колледжем я великолепно прово­дил время. Все вращалось вокруг спиртного: выпивка и фут­бол, выпивка и охота, выпивка и бильярд, выпивка и езда на автомобиле. Ничего действительно плохого не произошло, хотя могло. Меня чуть не арестовали. Моего друга чуть не застрелили. Мы чуть не попали в аварию.
Не думаю, что большинство умеренно выпивающих в ком­пании людей так же ясно помнят день своего знакомства с алкоголем. Уверен, очень немногие из них ежегодно празд­нуют эту дату, напиваясь как можно сильнее. На втором году употребления спиртного я начал говорить, что, если ты еще чувствуешь свое лицо, значит, ты недостаточно пьян. На третьем году я пил домашнее персиковое вино, а когда оно закончилось, попробовал виски. В тот вечер у меня случился провал в памяти, и меня рвало.
Скоро я обнаружил, что от водки мне не становится так плохо. Когда я ее пил, происходило что-то из области науч­ной фантастики: вот я в одном месте, а в следующий момент
уже в каком-то другом. Мне никак не удавалось придер­живаться золотой середины. Помню, как я однажды сходил на вечеринку. Выпив, я вдруг обрел способность беседо­вать с кем угодно. Мне было очень весело, но я продолжал пить. Вскоре я едва держался на ногах. В тот вечер домой меня отвез приятель, но иногда я сам садился за руль, будучи слишком пьяным, чтобы идти пешком.
Я стал работать учителем и какое-то время выпивал не слишком часто. Когда же я это делал, то почти всегда напи­вался. Мы с коллегами пару раз в год собирались, чтобы поиграть в покер. Обычно я при этом ничего не пил. Один раз я все же выпил и выставил себя полным дураком. Тогда я решил, что алкоголь для меня - больше не удовольствие. Хватит.
И я стал лечиться от пьянства путем самоизоляции. Я вставал, шел на работу, приходил домой, смотрел телевизор и ложился спать. Дошло до того, что я не мог припомнить ничего хорошего, что когда-либо со мной случалось, и не мог представить, что в будущем может быть что-нибудь хорошее. Жизнь сжалась до бесконечного, ужасного «сейчас». Я впал в такую глубокую депрессию, что от самоубийства меня удер­живало только медикаментозное лечение. Через семь меся­цев доктор прекратил его. Я уже не собирался себя убивать, но не был и особо счастлив.
В нашу школу пришла новая учительница, и я напросился к ней в гости на стаканчик. Помню, поднимая тот стакан, я ска­зал ей, что это, возможно, не очень удачная идея, но «я пола­гаю, что рискнуть стоит». Таким вот обыденным образом я снова начал пить. На зимних каникулах она уехала к своему дружку. А я снова остался один.
За два дня до Рождества я отправился на вечеринку. Пить я не собирался, так как прибыл туда на машине и знал, что мне не следует садиться за руль в пьяном виде. Я не чувс­твовал себя особенно хорошо или плохо - просто несколько неуютно, потому что большинство присутствующих были мне незнакомы. Посидев минуту на кушетке, в следующую минуту я уже выпивал стакан вина. Никакого осознанного решения не было.
На этом месте многие говорят: «И я продолжил пить и пил еще десять лет». Но вместо этого со мной приключилась странная штука. Несколько дней спустя на работе ко мне подошла одна учительница и сказала, что она - алкоголик и посещает собрания АА. Она ни разу не видела, как я пью, поэтому я не знаю, что заставило ее ко мне обратиться.
Назавтра я спросил ее, как часто она ходит на эти собрания. Раз в неделю? Нет. Она ответила, что вот уже почти шесть месяцев делает это чуть ли не каждый день. Мне это пока­залось в некотором роде крайностью, однако я подумал, что, если я схожу с ней на одно собрание, то, может быть, помогу ей оттуда выбраться. Кроме того, мне было одиноко.
На середине собрания мне в голову пришла нелепейшая мысль. Когда участники представлялись алкоголиками, я чувствовал позыв последовать их примеру. Это было странно, потому что я, конечно же, не был алкоголиком. Позже моя подруга спросила меня, каковы мои впечатления от собра­ния. Я ответил, что не знаю. Только много позже я осознал, что тогда впервые за многие годы ощутил свою принадлеж­ность к группе других людей.
На следующий день мы отправились на другое собрание, и на этот раз я все-таки назвал себя алкоголиком. На третье собрание я пошел сам. Я нервничал и готов был провалиться сквозь землю. И сделал нечто для себя удивительное. Прежде чем собрание началось, я поднял руку и сказал, что я - нови­чок. Мне было с кем поговорить. Я успокоился.
Время от времени я говорил правду. Однажды на собра­нии я признался, что боюсь заводить себе спонсора, потому что боюсь, что он будет просить меня что-то делать. Уходя домой, я уносил с собой телефонный номер. Я позвонил по нему и обзавелся спонсором, который, само собой, начал со мной работать по Шагам, используя Большую Книгу.
Я звонил ему каждый день. Я сказал ему, что не хочу быть алкоголиком. Он отвечал, что неважно, чего я хочу. Мне просто необходимо самому выяснить, являюсь ли я им или нет. Он даже предложил мне, если я не уверен, попробовать немного проконтролировать процесс употребления спиртного. Я знал, что никогда не был на это способен. Больше мне не нужно было «исследований». Все, что я действительно должен был сделать это пересмотреть то пьянство, которое уже имело место.
Помню, много лет назад я сказал одному своему другу, что у меня нет проблем с алкоголем, но есть проблема с оконча­нием. Мы тогда рассмеялись. Это было правдой, но при этом происходило что-то еще, чего я не замечал, пока не пришел в АА. У меня была проблема не только с окончанием, но и с началом. Как бы часто и на какое бы время я не останавли­вался, все равно снова начинал пить.
Через три месяца трезвой жизни я беседовал по телефону с той подругой, которая отвела меня на первое собрание. Я пожаловался ей на проблемы на работе и на то, что мой спон­сор меня не понимает. Затем я упомянул, что, даже называя себя агностиком, думал, что, возможно, нечто заботится обо мне. Она спросила: «А не пора ли тебе принять кое-какое решение?»
Я знал, какую страницу Большой Книги мне следует открыть. До этого я старательно избегал на нее заглядывать. Итак, я нашел молитву из Третьего Шага и медленно прочел ее подруг^ по телефону. Ничего не произошло. Я и не ожи­дал, что что-то произойдет. Затем почему-то вернулся к сло­вам: «Никому из нас не удавалось в совершенстве следовать этим принципам». Они эхом отозвались в моем мозгу.
И тут что-то случилось. Рухнула какая-то стена. Я не мог ни пошевелиться, ни заговорить, и меня куда-то уносило вол­ной эмоций. В то же время мое сознание было ясным, и я прекрасно понимал, где нахожусь. Я слышал, как голос под­руги спрашивает меня, в чем дело, но не мог ей ответить. Я до сих пор не могу этого объяснить.
Я знаю, что в ту ночь выполнил Третий Шаг (то есть препо­ручил свою волю и жизнь Высшей Силе), потому что на следу­ющий день начал письменно делать Четвертый. Я продолжал писать, пока не прошел со спонсором Пятый Шаг. Скоро у меня был список людей, которым я причинил вред. Каждый случай, в котором необходимо было возместить ущерб, я обсуждал со спонсором. К тому времени, как я занялся налаживанием отно­шений со своей семьей, мне уже стало гораздо лучше.
Более чем одиннадцать лет спустя мне трудно понять, что я испытал в ту ночь. Каков, на мой взгляд, результат этого? Я могу сказать, что сомнения в существовании Бога ничуть не помешали мне пережить некий духовный опыт. Кроме того, я могу сказать, что такой опыт не привел меня к определен­ному убеждению относительно Бога. Сообщество Аноним­ных Алкоголиков дает мне свободу верить и сомневаться в той мере, в какой мне нужно.
Однако я точно знаю, что теперь живу по-другому. С момента своего прихода в АА я не выпил ни глотка. У меня меньше обид, и я особо не трачу свое время на раздумья о прошлом. Я обнаружил, что мой опыт может быть полезен другим людям. Я стал верить, что тяжелые периоды - это не просто бессмысленные страдания, и в любой момент может произойти что-то хорошее. Для человека, который раньше просыпался по утрам с чувством, что он приговорен к еще одному дню жизни, это - значительный прогресс. Теперь, когда я просыпаюсь, мне открывается множество возможнос­тей, и мне не терпится посмотреть, что будет дальше.
И я продолжаю ходить на собрания, потому что программа действительно работает.
Свернуть

Книга "Анонимные Алкоголики" раздел личных историй.


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2017, 07:54 
Аватара пользователя
Саша – симпатичный спокойный молодой человек. Встречаемся с ним в служебном помещении церкви: здесь проходят встречи группы Анонимных алкоголиков. Пьем кофе, едим печенье.Саша сразу предлагает перейти на «ты», соглашаюсь и сама удивлена, насколько комфортно происходит этот переход. Уже через пять минут кажется, что знаешь этого парня много лет и можешь расспросить о самом деликатном.

«В 13 ЛЕТ Я ПОНЯЛ, ЧТО МНЕ НРАВИТСЯ БЫТЬ ПЬЯНЫМ»
– Первое опьянение я испытал в 13 лет на даче, перед дискотекой. Когда алкоголь впитался в мою кровь, мир вокруг поменялся. Я почувствовал свободу, смелость, решительность. Я стал таким, каким всегда хотел быть!

Я смог познакомиться с девушкой, хотя до этого вообще стеснялся с ними заговаривать. Это был первый удачный опыт: я разговаривал, не заикался, не думал, что сказать, даже шутил.

Там же я успешно подрался, хотя всегда боялся, хоть и прилично боксировал, – а тут страха как не бывало. Я был крутым, классным парнем, как из боевиков начала 90-х.

А когда я протрезвел, понял, что живу в аду. Чувство стыда, никчемности, неловкости, с которым потом я стал жить постоянно, стало невыносимым. Я еще несколько раз выпивал во время тех каникул, а потом уехал в Минск, и все закончилось.

Я прилично учился, хорошо тренировался, у меня были другие приоритеты в жизни. Я вернулся в Минск, стал опять тренироваться. Но запомнил состояние той свободы и легкости, которое дал алкоголь. Это то, что в медицине называется психологической зависимостью.



«НЕЛЬЗЯ ЕГО ВЫГОНЯТЬ – ОН ВЫИГРАЛ В ШКОЛЕ ОЛИМПИАДУ ПО ФИЗИКЕ»

Лет до 16 я пил только на летних каникулах – организм был молодой, здоровый, и выпить без последствий можно было много. У меня родители микробиологи, я сам делал вино, и они даже поощряли это – как опыты. Я, конечно, делал не только вино, но и кефир, йогурт... Но вино я еще и употреблял потом.

К концу школы я стал выпивать достаточно серьезно. Спорт ушел, потому что я уже не мог тренироваться. Учиться я еще мог – кое-как, но приходил в школу пьяный. Меня не выгнали только потому, что директор сказал: «Нельзя выгонять человека, который выиграл нам олимпиаду по физике».

Родители занимались бизнесом, разводились в тот момент, я был предоставлен сам себе. Парни, с которыми я общался, были постарше, они работали на рынке, у них было несколько точек. Я приезжал, помогал им грузить, получал деньги – и мы пропивали все это дело.

В выпускном классе моя классная пришла и попросила: «Саша, я договорюсь, чтобы за четверть тебе поставили оценки по контрольным, но ты приходи писать контрольные трезвым». Благодаря классной у меня был довольно приличный аттестат.

Я поступил в университет на физфак. Но учиться в университете – не то же самое, что в школе: я вылетел после первой сессии. А мои знакомые, с которыми выпивал в школе, уже начали подсаживаться на тяжелые наркотики и стали умирать. И это не то что далекие знакомые, а именно ребята, с которыми мы были близки.

Я тогда испугался, взялся за голову. Если в 13 я понял, что мне нравится быть пьяным, то в 19 понял, что если буду так пить, то вопрос времени, когда я окажусь в реанимации или умру. Я понял, что больше так не могу, – и стал бороться.



«Я УВОЛИЛ ЧЕЛОВЕКА ЗА ПЬЯНСТВО. И ПОНИМАЛ, ЧТО ЭТО МОЕ БУДУЩЕЕ»

Коварство алкоголизма – что он может очень долго развиваться, прогрессировать. Это очень сильно зависит от организма: у кого-то это происходит сразу, кому-то надо пить десять лет. Алкоголизм – это хитрая болезнь. У меня она завелась быстро.

Я осознавал свою болезнь: прочитал медицинскую литературу и нашел у себя три признака первой-второй стадии алкоголизма. На физическом уровне у меня была потеря памяти – это когда выпил, утром просыпаешься и не помнишь, что было. Это значит, идет определенное, алкоголистическое повреждение мозга. Значит, есть химическая зависимость.

Потом я осознал, что мне уже неинтересен ни спорт, ни музыка, ни книжки, ни девочки – мне интересен только алкоголь. То есть наступила потеря социальных интересов. Например, ты год готовился к марафону, а потом не бежишь, потому что напился. Или приезжает любимая девушка, вы с ней давно не виделись, а ты сидишь в баре и догоняешься.

А потеря социальных интересов, потеря памяти и постоянные мысли про выпивку – это и есть три классических симптома первой-второй стадии алкоголизма. Когда я это увидел, мне было 19 лет. Я решил взять себя в руки и понял, что не могу.

Мой дедушка врач, я пришел к нему и говорю: «У меня три симптома, что мне делать?» Он говорит: «Не пей». Я тогда испытывал сильное одиночество: родной человек, который искренне меня любит, не понимает моей проблемы. Он говорит: «Не пей», а я уже не могу не пить! Я же и пришел с вопросом: «Как сделать так, чтобы я не пил?»

Здоровый человек выпьет много, ему станет плохо, и он сделает вывод: надо пить поменьше и желательно не так часто. А алкоголик понимает, что ему будет плохо, что проблемы на работе, но все равно не может оставаться трезвым. Он начинает менять напитки, начинает давать себе какие-то зароки. Вот это безумие началось и у меня. «Я выпью меньше», «Я приду в бар, два бокала пива – и домой», «Я буду хорошо закусывать»...

В 19 лет я признал свой алкоголизм, а когда у меня от тяжелых наркотиков начали погибать близкие товарищи, я понял, что и я дальше пойду туда же. Но мне повезло, я пошел работать в частную фирму, там не нужен был диплом, но можно было сделать карьеру. И я стал делать карьеру, достаточно успешно.

Я жил как робот: ходил на работу шесть дней в неделю, за пять лет вырос от чернорабочего до технолога. Работал очень много и все время ждал отпуска, чтобы напиться.

Начинался отпуск, и я уходил в штопор. То есть, например, я купил билет в Ташкент – хотел слетать, – и я даже не смог прийти в аэропорт, чтобы сдать этот билет! Я пропил этот отпуск. Это был первый год работы.

Потом у нас были маленькие каникулы на Новый год, я тоже пил. И так летний отпуск, зимний отпуск, потом раз в квартал... В итоге к 25 годам я стал пить каждые выходные. Причем у меня уже была такая должность, что я мог себе позволить ставить на свое место подчиненного, который работал за меня по понедельникам, пока я кое-как отходил.

Я сам уволил одного человека за пьянство. Я ему очень благодарен: человек был с двумя высшими образованиями и работал у меня в подчинении. За пьянку его уволили с предыдущей работы, и мне тоже пришлось его уволить, хоть он был прекрасным инженером. Но благодаря общению с этим человеком я увидел свое будущее: у человека прекрасные руки, прекрасная голова, но из-за алкоголя он не может себя реализовать. Я понимал, что пять-десять лет – и я буду таким же.

«ПОКА МОЖЕШЬ, ПОСТАРАЙСЯ КУПИТЬ ВТОРУЮ КВАРТИРУ»

Я поговорил с друзьями, но они вообще не понимали, о чем идет речь. Друзья были непьющие, нормальные интеллигентные ребята. Классическая ситуация: мы едем на шашлыки, они покупают бутылку вина на всех, мы ее выпиваем, они уезжают, а я иду, покупаю бутылку водки и напиваюсь.

Внешне я был красавец-мужчина: европейская зарплата, собственная квартира, жена-фотомодель, я бегаю марафон и подтягиваюсь сорок раз. Но я-то понимал, что происходит. Когда я увольнял подчиненного, я понимал, что через десять лет я сам так пойду.

Потом я пошел к психологу. Она меня выслушала и сказала: у тебя тяжелый период на работе, возьми себя в руки... Проблем с алкоголем она у меня не заметила. Может быть, потому что я хорошо врал.

Ведь алкоголик – это человек, который постоянно врет. И врет в первую очередь самому себе. Она сказала: «Ты же все видишь, все анализируешь – значит, ты не алкоголик». Почему-то в советской психологии и психиатрии есть такое заблуждение, что алкоголик – последний человек, который узнает о своей болезни. На самом деле большинство алкоголиков все осознают, но боятся говорить об этом, потому что трудно объяснить, как это, когда не можешь остановиться.

Однажды я выпивал с одним алкоголиком, он меня сразу понял: «Пока можешь, постарайся купить вторую квартиру, чтобы, когда тебя выгонят с работы, тебе было что сдавать». Он не говорил «не пей», у него была очень логичная стратегия. Я говорю: «Знаешь, я, скорее всего, не успею», – там как раз поднялись цены на недвижимость в Минске. Он говорит: «Тогда купи гараж».

А в 25 лет я случайно познакомился с немцем из Анонимных алкоголиков. Он был вторым человеком, который меня понял, который в ответ не говорил «просто не пей». Притом что его маму изнасиловали русские солдаты, ему было за что меня ненавидеть, но он понял меня.

У нас ходит такая шутка: «Человек, который не ждал открытия магазина, не знает, что такое время». Я стоял у магазина, когда у меня кончился алкоголь, и ждал, пока он откроется. Кто стоял, тот точно меня поймет. Вот немец понял. И рассказал про Анонимных алкоголиков.

И тут сработало коварство моей болезни. Мне 25, с 19 я пытаюсь бросить пить, я вижу, как я деградирую. Приходит мужик, говорит: «Пойдем со мной, посидишь с группой, тебе не надо будет слушать – там все по-немецки, – просто посидишь-посмотришь». Я ему верю, я все понимаю, но не иду.

Я возвращаюсь в Минск, а там жена: «Дорогой, или ты бросаешь, или мы расстаемся». И я выбрал алкоголь, я понял, что без него не выдержу.

По возвращении в Минск я решил сделать свой бизнес. Таково мышление алкоголика: вместо того, чтобы пойти за помощью, ищешь оправдания – мол, это все из-за того, что мне не нравится моя работа, а вот если я буду работать на себя, с удовольствием, то все будет нормально.

Но из-за работы на себя я начал пить очень много. У меня потерялся стержень, который держал на наемной работе: появилось свободное время – я деградировал моментально. Стал работать «вахтовым» методом: две недели ходил на работу, пытался что-то заработать, потом две недели пил.

В какой-то момент я чуть не умер в запое и тогда решил обратиться в АА. Пошел за советом к священнику, и он порекомендовал сходить туда.

«ЛУЧШЕ ПРЫГНУТЬ С КРЫШИ, ЧЕМ ПРИЗНАТЬ, ЧТО ТЫ ПРОИГРАЛ АЛКОГОЛЮ»

У Анонимных алкоголиков очень интересная история. Был такой американский брокер Билл Уилслон, он придумал биржевую игру в современном виде. Он был алкоголик, спился, страдал и не мог найти выхода. Ему удалось не пить полгода, и он понял: чтобы держаться дальше, надо найти единомышленника.

Он познакомился с доктором, который тоже был алкашом и сильно страдал. Они осознали, что благодаря общению друг с другом могут противостоять алкоголизму. Это США, 1930-е годы.
Программа АА создана на христианской основе и состоит из двенадцати шагов.

Первый шаг – признать, что я бессилен перед алкоголем. Звучит достаточно смешно, но на самом деле признать этот факт внутри себя очень сложно. Я знаю некоторых людей, у которых не хватило мужества это признать, и они покончили с собой, мой близкий знакомый прыгнул с крыши. Просто человек не может признаться себе, что он проиграл. Это безумие болезни.

У меня самого было очень много мыслей о самоубийстве. Во-первых, на отходняках очень жуткая депрессия. На сленге это называется «алкогольный выход», или «похмельный депрессняк». Это дичайшая депрессия и дичайший страх, чувство тоски и безысходности просто катастрофическое, человеку, который не пил, его тяжело объяснить.

Бывает еще белая горячка, когда человек реально видит бесов, ему очень страшно, и ему проще выскочить в окно, чтобы только их не видеть. Сделаешь все что угодно, чтобы только это закончить. Алкоголик – это человек, который ищет легкий путь, он не может терпеть.

Второй шаг – поверить, что сила более могущественная, чем мы, может вернуть нам здравомыслие. Если простыми словами – надо поверить в Бога. Но не важно, кому человек молится, главное, чтобы он признавал, что не главный в этом мире.

Тоже звучит вроде логично, но алкоголику это признать очень тяжело. Алкоголизм – это болезнь эгоцентризма: я, я, я самый главный! Тяжело признать, что это не так, что есть что-то надо мной. Я знаю человека, который не смог поверить в Бога, но признал силу группы. Он сказал: «Я понимаю, что десять человек сильнее, чем я один, я признаю, что в вас что-то есть».

Третий шаг – принять решение перепоручить нашу жизнь и волю Богу. То есть если Бог есть, пусть он обо мне заботится.

«ИЗ-ЗА ПОСТОЯННОЙ ВНУТРЕННЕЙ БОЛИ АЛКОГОЛИК СОСРЕДОТОЧЕН НА СЕБЕ»

Дальше начинается практика. Четвертый шаг – провести тщательную инвентаризацию себя, оценить свою жизнь и свои поступки. Ведь человек всегда оправдывает себя и винит кого-то другого. АА предлагают смотреть только на себя: что конкретно я сделал. То есть не важно, что все воруют, важно, что именно я взял чужое.

Я прописываю свои претензии к людям, пишу, в чем был мой поступок. Ничего сложного, надо просто методично прописать все обиды, которые у меня есть. Для меня было большим удивлением: вот я прописываю людей, меняется мой возраст, их возраст, цвет кожи, вероисповедание, а у меня к ним одна претензия – они ведут себя не так, как я хочу! Притом что я им не говорю, как я хочу, а злюсь, что они сами этого не понимают!

У меня были напарники по работе, которые украли у меня деньги. Я когда-то хотел сжечь их машину, но со временем все им простил, ну украли и украли. А вот был человек, который не посмеялся над моей шуткой, и я держу это в голове 10 лет! Это же совершенно нелогично! Но я сам это написал, вот список у меня в руках.

В АА есть «спонсор» – алкоголик, который раньше прошел программу и ведет новичка по шагам. Я приехал к своему спонсору, и мы с ним говорили целый день. Я рассказывал ему, а он мне. После этого от меня ушло офигенное чувство стыда, я понял, что мы с ним одинаковые!

Обычно, когда человек преодолевает пятый шаг, у него наступает устойчивая трезвость.

Шестой и седьмой шаги – признать свои недостатки и просить Бога забрать мои изъяны. Я понял, что я трусливый, лживый, похотливый, но я не плохой и не хороший, я такой, как все люди.

На восьмом шаге надо составить список всех людей, которым я причинил зло, а на девятом – компенсировать им ущерб.

У меня был эпизод на работе: я подставил человека, с которым мы спорили за карьеру. Я с ним встретился, говорю: «Помнишь, была ситуация, так вот – это я стуканул начальнику». А он говорит: «Слушай, Саня, а я уже давно там не работаю, но вот помнишь...» – и он рассказал, как он меня подставил еще сильнее, чем я его. Мы обнялись, поржали, между нами возникло ощущение единства.

На девятом шаге отдельный разговор по поводу женщин. Мне очень хотелось извиниться перед всеми бывшими девочками, которых я обидел. Но, пообщавшись со старшими товарищами, я понял, что этого делать не надо: там уже свои семьи, своя жизнь, и тут появляюсь я. Нужно проявлять заботу о другом человеке.

Десятый шаг – это ежедневное наблюдение за собой. Если у меня возникают какие-то претензии, я ищу, где мой косяк, каков мой вклад в ситуацию. Потому что в любой ситуации участвуют две стороны. Все мы одинаковые, каждый хочет изменять партнера, начальника, подчиненного... Если у меня с партнером по работе проблемы, я сразу вижу его косяки, но свои-то я вижу в последний момент!

Алкоголик в любом конфликте винит другого человека и пытается изменить его, не себя. Но другого поменять невозможно, а себя – можно, и если я меняю себя, то я уже решил половину ситуации! Я мету свою сторону улицы – вот это десятый шаг.

Одиннадцатый шаг – это молитва и медитация. Мой спонсор, например, мне говорил: «Походи по разным церквям, пообщайся со священниками – постарайся понять, в чем правы верующие люди». Без предубеждения, без оценки.

Финал программы – двенадцатый шаг: помощь другим алкоголикам. Это добровольно, никто не заставляет помогать. Я пришел в АА через церковь, и теперь я очень много выступаю в церквях, костелах. Я прихожу, оставляю свой телефон, и если к священнику обратится кто-то с моей проблемой, то он даст мои контакты, контакты групп АА.

Решения про публичные выступления обычно принимаются группой, сообща. Ведь почему мы называемся aнонимными – это не потому, что мы такие сильно секретные, а это наша защита от эго. Алкоголизм – это болезнь эгоцентризма. Из-за постоянной внутренней боли алкоголик сосредоточен на себе, и ему хочется быть в центре внимания.

«КОГДА Я ПЕРВЫЙ РАЗ ПРИШЕЛ В ТЮРЬМУ, БЫЛО СТРАШНО»

Мы ездим в тюрьмы. Говорим с заключенными только об алкоголе, о личном опыте: как я пил, страдал и протрезвел.

Если они заговаривают о чем-то другом, я отвечаю: я не профессионал в этой теме, и мне не важно, кто ты по политическим взглядам, какой ты конфессии, я пришел сюда говорить конкретно об алкоголе. Хочешь протрезветь – я могу рассказать как.

Причем я очень четко держусь этой линии, потому что все алкоголики любят пофилософствовать, мы всегда самые умные, всегда непризнанные гении – нам только дай повод, у нас все вокруг виноваты: я хороший, все плохие. Но, если алкоголик будет так думать, скорее всего, он продолжит бухать! А мне важно, чтобы он увидел свои косяки, – это единственное, ради чего я с ним разговариваю.

Когда я первый раз пришел в тюрьму, было страшно. Но надо быть честным и открытым. Это хороший опыт, это очень интересное общение, ведь сидят такие разные люди. Элементарная этика: заходишь в помещение, надо поздороваться. В тюрьме с этим очень жестко: если ты не поздоровался – тебя не будут слушать. Когда заходишь в камеру, они всегда проверяют на «слабо», на два основных страха: врешь – не врешь и боишься смерти – не боишься. Здесь все просто: если не врешь себе, то и не боишься смерти.

У кого-то не получается в тюрьме: он боится и на страхе начинает агрессивно себя вести, пытается подавить их, а это невозможно. У людей, которые сидят в тюрьме, много времени, они внимательно наблюдают за тем, что вокруг, и в итоге становятся очень хорошими психологами. Они сразу видят, что ты боишься, они знают твои болевые точки и знают, куда ударить. То есть это точно будет, но вопрос в том, как ты через это пройдешь. Надо быть максимально честным, открытым, никого не учить жизни, но верить в то, что ты делаешь.

Еще я использую свой опыт. Когда я был на группе и начинал трезветь, бывало, что меня начинали учить жизни. У меня первая реакция на такое – иди на... Я не люблю, когда со мной так разговаривают, соответственно, я понимаю, что мне в разговоре надо быть вежливым и корректным.

Алкоголики очень чувствительные люди. Если я начинаю ставить себя выше, чем они, алкоголики это моментально чувствуют и перестают слушать.

Когда я первый раз пришел на группу, там был парень: «Знаете, мне в тюрьме рассказывали про вас, можно я у вас подожду поезда? Потому что я уже четыре года чистый и боюсь сорваться». Конечно, это вдохновляет. Человек понимает, что он не один такой, а дальше он едет в свой город и находит свою группу.

«АЛКОГОЛЬ ПО ЗАВИСИМОСТИ ЕЩЕ ТЯЖЕЛЕЕ, ЧЕМ ГЕРОИН»

Каким бы долгим ни было воздержание, попробовав алкоголь снова, человек обычно очень быстро опускается даже ниже того уровня, с которого он начинал. Алкоголь по зависимости еще тяжелее, чем героин. Но алкоголь, в отличие от героина, пробуют почти все. И у 5-15% людей в зависимости от региона алкоголь вызывает привыкание.

У нас в обществе в основном принимают репрессивные меры против алкоголиков. Вот, например, забрать детей. Но чем можно напугать человека, который добровольно заливает в себя яд? Кто может сделать со мной что-то более ужасное, чем я сам делаю сам с собой?! Должен быть не репрессивный подход, а общее просвещение.

При общении с алкоголиком надо понимать, что не я дал ему жизнь и не мне ее забирать. То есть это взрослый человек, который может жить так, как он считает нужным. Алкоголик пьет за свои деньги, это его право; если он нарушает закон, то идет в тюрьму. Не мое право его протрезвить, но, если он захочет протрезветь, ему можно помочь.

Из алкоголя очень тяжелый выход: надо ставить капельницу, чтобы не остановилось сердце. А потом к протрезвевшим приходит консультант – так в Европе и Америке называется эта должность: протрезвевший алкоголик, который разговаривает «за жизнь» и объясняет: ребята, есть выход, если хотите – расскажу. У нас этого «если хотите» не принято говорить, у нас говорят «упал-отжался», а еще могут и добавить «падла».

«ЖЕНЕ УДОБНО, ЧТОБЫ МУЖ ПИЛ, РОДИТЕЛЯМ УДОБНО, ЧТОБЫ СЫН ПИЛ»

Очень интересная тема – родственники алкоголиков. Алкоголик ложится в клинику, лечится, проходит реабилитацию, а потом возвращается в семью. А семья-то живет как раньше! Жене удобно, чтобы муж пил, родителям удобно, чтобы сын пил. Они не хотят меняться, и человек срывается.

Классический пример: молодой успешный алкоголик приходит домой выпивший, и на следующий день его можно попилить и на чувстве вины получить от него многое. У мужчины есть физическая сила, есть больший материальный достаток, и он, как правило, может на женщину этим влиять. А женщина напрямую ответить не может и начинает действовать, загоняя алкоголика в чувство вины. А через чувство вины можно делать что угодно.

Мне кажется, что у нас столько алкоголиков-мужиков, потому что мальчиков в школе сильно подавляют. Сидит класс 13-летних пацанов, они физически сильнее, чем учительница, они и интеллектуально уже, как правило, сильнее. Ну и как учительнице заставить их подчиняться? Только через вину и страх. И жена делает то же самое.

Почти у каждого алкоголика и наркомана есть мама – иначе он бы не выжил. Как правило, мама не смогла построить теплые отношения с мужем, и вот у нее растет сын, мужчина, который полностью от нее зависит. И она из него старается сделать второго мужа. Проблема зависимых людей в том, что они инфантильные, несамостоятельные, а мама боится, что он станет самостоятельным, оторвется от нее и уйдет жить своей жизнью. Она как мама, у которой забирают ребенка.

Я очень много общаюсь с такими матерями. Чаще всего в АА обращаются не сами алкоголики, а мамы или жены. Я им говорю: «Знаете, есть точно такая же программа для родственников алкоголиков, пройдите ее, и через полгода у вашего мужа/сына появится шанс протрезветь».

И мама отвечает: нет, я не готова ходить и меняться, это же он пьет – так пусть трезвеет, а я же такая хорошая. Более того, их греют мысли: куда он без меня, я же такая хорошая, я его спасаю, я мать-героиня, все соседи меня жалеют...

У меня есть знакомая, очень умная женщина, с живым, богатым интеллектом. У нее спиваются сыновья. Я пригласил ее в группу, она посмотрела и говорит: «Да, я все понимаю, понимаю механизм. Но мне жить осталось лет десять, пусть они трезвеют, когда я умру, а пока я не готова их отпустить». Но очень мало людей, готовых в этом себе признаться.

Мы общаемся с параллельным сообществом жен алкоголиков, и многие жены говорят: «Я начну делать программу – так я же перестану загонять его в чувство вины! Это же придется говорить с ним очень честно!» А это, конечно, совсем другой уровень отношений. А у нас вообще в обществе не принято говорить честно, многие не представляют себе, что такое открытые отношения, без манипуляций. Программа учит как раз честным отношениям, и многие женщины из-за этого боятся на нее идти.



«АЛКОГОЛИЧКА ВСЕГДА ВЫДЕРЖИВАЕТ БОЛЬШЕ УНИЖЕНИЙ, ЧЕМ МУЖЧИНА»

Женский алкоголизм – это не миф: хоть болезнь и развивается у всех одинаково, но у женщин гораздо быстрее на физиологическом уровне. Если мужчина может пить 15-20 лет да еще и сделать нормальную карьеру, то женщина спивается лет за пять: алкоголь очень быстро начинает участвовать в обмене веществ, зависимость наступает моментально. Из-за этого женщины и спиваются быстрее: деградация наступает так быстро, что они не успевают вынырнуть.

Может, алкоголизм для женщины – это еще и более унизительно. Иногда это просто до слез, когда приходит женщина, и я понимаю, через что она прошла. Мне приходилось просыпаться в кровати с незнакомкой и думать: «Господи, куда я попал». Но я мужчина.

А я представляю, каково женщине просыпаться с незнакомым человеком в незнакомой квартире. Женщина-алкоголичка всегда выдержала больше унижения, чем мужчина. В АА к женщине всегда очень трепетное отношение, все понимают, через что она прошла.



«АЛКОГОЛИК ЗАПИВАЕТ ПУСТОТУ ВНУТРИ. НО ОТЧЕГО ЭТА ПУСТОТА ВОЗНИКАЕТ?»

Около 10% взрослого (важный момент) населения Беларуси страдают пьянством, то есть каждый десятый взрослый белорус! Пока я учился на консультанта по химической зависимости, побывал в разных местах. Сидят перед тобой чиновники и делают вид, что их это не касается, а я знаю, что у каждого из них есть друг, брат, папа, начальник, подчиненный – кто-то, страдающий алкоголизмом. Да, белорусы – пьющая нация, но ведь все в мире пьют! Алкоголики есть везде.

Алкоголизм – болезнь лжи, лукавства и страха. Если посмотреть на три-четыре поколения назад, то все наше общество выживало в тотальном страхе и тотальной лжи. Мы все знали, что коммунистом быть стыдно, но выгодно. Все боялись в 1937 году, в 1941-м и 1947-м... Все боялись и врали.

Почти каждый надевал маску: я не кулак – не надо меня раскулачивать, я не интеллигент – не надо меня в Сибирь везти, у меня не было родственников в Красной армии – не надо меня везти в концлагерь. Стыд, страх и ложь – три вещи, которые начинаешь глушить в себе алкоголем.

Теряешь контакт с Богом, с совестью, с душой, и алкоголь – самое простое решение заполнить пустоту. Я могу сказать, что в период борьбы с алкоголем я пытался заглушить пустоту карьерой, спортом, деньгами, женщинами. Но все это требовало усилий и не давало компенсации.

Бывших алкоголиков не бывает, бывают трезвые. Потому что, если я сейчас выпью, я моментально окажусь в том состоянии, с которого начинал. Алкоголь умеет ждать, он может ждать 15 лет – и потом выстрелить.
https://citydog.by/post/aa-history/
Свернуть


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2017, 08:00 
Аватара пользователя
«Я алкоголик и трудоголик – пил и работал»

– Существует представление, что алкоголики – это люди, которые живут под забором. Сложно представить, что алкоголизм есть и среди социально успешных людей с карьерой и при должности. Могли бы вы рассказать свою историю?

– С чего начать? Я никогда даже в самых страшных снах не думал, что буду алкоголиком. Что я признаю себя алкоголиком, признаю, что у меня есть такая болезнь. Я тоже раньше представлял, что алкоголик – это тот, кто валяется под забором. А я не такой и никогда таким не стану.

Я oкончил 9 классов, поступил в техникум, женился. Еще в техникуме у меня появился первый сын, потом второй. Поступил в университет. В университете с начала сессии и до конца я не просыхал вообще. Экзамены сдавал так: приносил коньяк, шампанское, и всем ставили зачет. Я пил с руководителями, я жил в этом состоянии, и всё вокруг меня было в этом состоянии.

Я окончил университет, устроился на завод, на заводе сделал карьеру – от слесаря до начальника цеха. Я из плеяды алкоголиков-трудоголиков – я пил и работал. Иногда я напивался так, что не помнил, где оставил машину и как добрался домой.

Я пил на выходных, по вечерам, а с утра принимал душ, надевал белую рубашку, обливался одеколоном и шел на работу. Любые вопросы я решал с помощью алкоголя. Надо что-то решить – сели, посидели, выпили.

– Вы пили и одновременно строили карьеру? Неужели люди вокруг ничего не замечали?

– Теперь я думаю, что подчиненные все понимали, но в глаза никто ничего не говорил в силу того, что я руководитель. Да, я пил все время. Более того, я никогда не стал бы начальником, не будучи алкоголиком, я не достиг бы тех высот. Под алкоголем я чувствовал себя совсем другим: мог руководить, кричать, управлять налево-направо.

Конечно, нужен был постоянный контроль над собой, надо постоянно держать себя в тонусе. Единственный страх был, что кто-то почувствует запах перегара. Но вообще, жить было привычно именно в таком состоянии, я по-другому себе жизнь и не представлял. Наркоманы, которые сидят на дорогих наркотиках, не знают, как без этого жить и управлять. Так и я.

Со временем алкоголь перестал приносить радость. Мне было лет 28-30, когда я уже и пить не мог, и не пить не мог. Такое состояние, когда ночью засыпаешь и не можешь заснуть, а утром просыпаешься в холодном поту, как будто бы и не спал совсем. Начался какой-то тремор по всему телу. Хотелось выпивать, и это было уже не желание, а тяга. Ведь бывает желание выпить – это когда за компанию или так просто, и если желание побороть, то тяга не появится. А тяга – это уже состояние организма. Мне моя классная сказала в 9-м классе, когда я напился и учудил что-то на новогоднем празднике: «Ты как пьяный был». Я говорю: «Не пьяный, а выпивший». Она говорит: «В русском языке нет слова “выпивший”». То есть ты либо пьяный, либо трезвый. Если ты хоть немного выпил, то уже нетрезв.

Ведь есть алкоголики, а есть пьяницы. Я завидую пьяницам, которые могут выпить, жить дальше и не пить: пять лет, десять, могут вообще не пить – или пить раз в неделю. Я так не мог. Если появляется тяга, ты уже ничего не можешь с собой поделать – пьешь и пьешь.



«ШЕЛ ДОМОЙ, ПОТЕРЯЛ СОЗНАНИЕ И УПАЛ В СНЕГ. ЧЕРЕЗ ГОД СЛУЧАЙ ПОВТОРИЛСЯ»

– Короче, я был одним из молодых и перспективных начальников цеха. У меня большая семья – пять пацанов. Все о нас хорошо отзываются, все ставят нас в пример. Но на самом деле в семье в состоянии неадекватности со мной происходят безумные вещи. Я мог ударить жену. Я мог ночью проснуться и сходить в туалет в шкаф, а наутро говорил: «Нет, такого не было». Но это было, дети всё это видели.

В какой-то момент я решил, что пью из-за работы. Вечно напряженный, вечно в тонусе, с 5:00 до 21:00 я на работе, и надо как-то снимать стресс. Конечно, это отговорки: все виноваты, кроме меня. Но я решил сменить работу, сменить круг общения, коллег, товарищей, с которыми я выпивал.

Я уволился с этой работы, и через две недели меня приняли на ту же должность начальника цеха на другом предприятии. Приняли с тем же уважением, с перспективой роста. Но на такой должности нет системы контроля и много свободы, ты сам себе хозяин. Как раз то, что нужно алкоголику. Я начал похмеляться по утрам, у меня в сейфе всегда стоял коньяк, а после работы я пил вино и попадал домой сам не помню как.

Потом у меня случился первый алкогольный криз, как сказали врачи скорой помощи. Я шел домой, потерял сознание и упал в снег. Соседка заметила, сказала жене, та как-то доперла меня домой, отогрела в ванной. Через год случай повторился. Врачи сказали, что надо что-то делать, но я был уверен, что это не из-за алкоголя, а просто надо больше отдыхать – ведь я не был в отпуске уже 8 лет.

Я пытался бросить пить, но сутки-двое – максимум, на что меня хватало. Многие, с кем я разговаривал по поводу алкоголизма, говорили, мол, просто ты слабый, у тебя силы воли нет... У меня силы воли нет?! У меня силы воли больше, чем у каждого из них! А самостоятельно справиться с алкоголизмом я не могу, как бы я того ни хотел. Как говорит мой папа: «Ты немножко слабый в нашей семье».

Однажды, сидя на работе, выпивая, позвонил жене, говорю: «Дорогая, надо купить каких-то таблеток, я пропью курс, и все пройдет – мне не будет хотеться пить». Но жена говорит: «Знаешь, нет таких таблеток. Либо ты сдохнешь, либо будешь пить дальше. Но есть выход: есть реабилитационный центр, можно съездить к психологу на консультацию».

Психологи в реабилитации обозначили, что у меня есть проблема – алкоголизм, причем не в первой стадии, а довольно-таки запущенный. Еще мне дали книгу о моей болезни. Я к этой книге не подходил месяца два – страшно было.

– Эти два месяца вы пили?

– Конечно. Я стал пить еще больше. Видимо, я шел к своему дну, чтобы полностью окунуться, извините, в г..но. Чтобы точно все понять про себя. Когда я наконец взял в руки книгу, я нашел в конце тест – чтобы понять, алкоголик ты или нет. В тесте было семь вопросов, на шесть из них я ответил положительно. Одного пункта мне не хватало: я не воровал дома вещи и не выносил их продавать, чтобы купить выпить. Ведь деньги у меня были всегда.

«САМОЕ СТРАШНОЕ – КАК ЖИТЬ ТРЕЗВЫМ?»

– От осознания, что я алкоголик, мне стало совсем хреново. В итоге я взял много водки, уехал в наш недостроенный дом и решил... просто, наверное, умереть там. Я не знаю, что происходило со мной в тот момент. Две недели я бухал. В конце концов я не мог уже встать, спал на матрасе. Каким-то чудом я позвонил жене и говорю: «Я вернусь», она говорит: «Приезжай». Я не знаю как, но я доехал.

Это была пятница, два дня я провел в какой-то горячке, более-менее отошел, помылся, побрился, в понедельник пришел на работу, написал заявление об увольнении и поехал в реабилитацию. Но условия реабилитации таковы, что надо провести 10 дней трезвым. Я не мог. Пришлось ложиться в наркологию. Там меня «откапали»: капельницы, таблетки – и после двух недель я попал на реабилитацию, где со мной плодотворно поработали психологи. Пришло понимание, что я алкоголик, что я неизлечимо болен и с этим надо жить. Самое страшное – как жить трезвым? Что делать? Я же привык все проблемы разрешать алкоголем: хорошо мне – я пью, плохо – я пью. И что – я даже на Новый год не выпью?! А как же друзья?! А они сами собой отошли.

В центре мне сказали, что есть три варианта лечения алкоголизма. Первый – кодировки, подшивки, все прочее. Но этого я не признавал, не признаю и признавать не буду, потому что я сам, будучи руководителем, отправлял людей кодироваться, и они через два дня приходили пьяные: «Ты мне должен денег за кодировку». Второй вариант – это реабилитация: постоянно, на протяжении нескольких лет работать с психологами. И третий – это Анонимные алкоголики. Хоть я всегда думал, что это секта: им надо будет квартиру отписать, машину отдать. Это предубеждение, которое, как я сейчас понимаю, сформировано нашей культурой.

Я познакомился с программой АА на реабилитации. На первом шаге нужно признать себя алкоголиком. На втором – почувствовать Бога, признать существование силы, более могущественной, чем я. Это было тяжело. Для меня религия – это бизнес, я знаю, как работает эта схема. Но религия здесь была ни при чем. Я скажу честно: ко мне Бог прикоснулся в какой-то момент, он дал почувствовать, что он есть. А дальше все пошло легко и просто. Выписавшись, я пошел на группу, взял себе наставника (спонсора) в тот же день. Это спасло мне жизнь.

Через полтора года у меня случился срыв. Почему? Я человек амбициозный, эгоистичный. У меня всегда есть много претензий ко всем. И грань моего недоверия колоссальная. Я ищу, где подвох. В книге, которую дали мне психологи, написано: у вас будет состояние, когда вам захочется проверить эту схему лечения, – попробуйте. Скажем так, я попробовал. На небе было ни облачка, у меня в семье мир, спокойствие, любовь, у меня есть работа. Но случается что-то такое, что я напиваюсь. Я прихожу домой и думаю: все, больше не буду. Но тяга снова есть! А ведь эти полтора года не было ни желания, ни тяги! День я пил, напился, а назавтра лег в наркологию. Меня прокапали 7 дней. Я снова прошел программу с новым спонсором, я прошел те же 12 шагов. Уже два года я трезвый.
«КАКОЙ Я ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ, Я НЕ ЗНАЮ»

– Но почему люди становятся алкоголиками? Почему начинают пить и не могут остановиться?

– Когда-то я задумался: если человек рождается светлым, чистым и я таким родился, почему же я начал себя так вести, почему начал пить? Еще на реабилитации мне говорили, что все проблемы из детства. Я стал разбираться со своим детством, нашел программу «Взрослые дети алкоголиков и дети из дисфункциональных семей». Я сделал первый шаг, и мне стало страшно. Стало страшно признавать, что все мои проблемы выросли из моего окружения: учителя, воспитатели, родители – все оттуда.

В моей семье все пили как во всех семьях – на день рождения, на свадьбах, похоронах. На уровне своей семьи я видел, что алкоголь – это нормально, ничего предосудительного в этом нет. Первый раз напившись, я от папы услышал: «Видишь, сын стал взрослым». Так я впервые и ощутил себя взрослым, почувствовал себя мужчиной. Я начал чувствовать себя гораздо комфортнее, стал разговорчивым – и все это сделал со мной алкоголь .

Что происходило со мной в детстве? Я был пультом от телевизора: принеси-подай. Я младший брат, с моим старшим братом случилась большая беда, и все внимание родители отдавали ему. Мне казалось, что меня не замечают. Я всегда старался быть лучше, я был круглым отличником. При этом я ждал похвалы, но меня не сильно хвалили. А алкоголь дал то, чего мне не хватало: родительскую заботу, уважение со стороны взрослых.

Я очень люблю своих родителей, но я понимаю, что внутри меня есть какие-то претензии, которые я должен проработать, принять и жить дальше. У каждого есть такие моменты, но большинство людей закапывают их поглубже. Однако рано или поздно это выстреливает, само собой, мы можем этого даже не осознавать.

В программе «Взрослые дети алкоголиков» есть то, чего я не нашел в программе Анонимных алкоголиков, – это принятие себя, любовь к себе. Это очень важно, я с этим работаю уже год. Пока я пил, я все время был в какой-то маске, лицемерил. Какой я есть на самом деле, я не знаю. За последний год я многое поменял в своей жизни: ушел со старой работы, теперь у меня свой бизнес в другой стране. Раньше я бы этого никогда не сделал.



«ГОВОРИТЬ ЧЕЛОВЕКУ, ЧТО ОН АЛКОГОЛИК, – ЭТО УНИЖАТЬ»

– Как вашей жене удавалось так спокойно и твердо реагировать на вашу болезнь?

– Жена раньше меня пошла в этом направлении, попала в группу «Матери против наркотиков», и там ей многое разъяснили про созависимость, научили некоторым приемам и методам, таким как «жесткая любовь». Она прошла 12-шаговую программу для родственников алкоголиков Ал-Анон. Жена услышала, поняла и приняла то, что ей хотели донести на группе: умираю я – умирает она. А ей надо жить – и жить без меня. При созависимых отношениях это первостепенно.

И жена, приняв то, что надо жить своей жизнью, просто перестала обращать внимание на то, что я есть. Для меня это был шок. Ведь я же алкоголик, к тому же мы столько лет вместе! Как же я, а как же она без меня?! Но, если бы жена не повела себя твердо, ничего бы не было, я бы не дошел до дна и не обратился бы за лечением. Я бы продолжал пить.

– Как понять, что твой близкий – алкоголик?

– Этого никто не знает. У алкоголизма много определений, много характерных черт: потеря памяти, отсутствие контроля над собой. Есть же и сухие алкоголики, которые не пьют, но живут вечно недовольные, злые. У них ремиссия по 5-6 лет, а потом напиваются – и всё. Это называется сухой запой. Есть много кодированных людей, которых напугали: «Вы выпьете и умрете». И они на чувстве страха не пьют.

Мы с женой жили, считая, что все нормально, что у нас нет проблем. На протяжении многих лет мы жили душа в душу. Она никогда не пила, может, в молодости мы пару раз выпивали в компании, а так пил один я. Мы ходили вместе, я напивался: на тусовках, дискотеках, свадьбах. Я, наверное, всегда был алкоголиком – с тех пор как попробовал в 13 лет, я им стал. Просто болезнь прогрессирует...

– А сколько времени прошло от момента, когда жена осознала, что вы алкоголик, до момента, когда она отпустила вас и стала учиться жить сама?

– Немного: может, месяц, может, полтора. Она понимала, что алкоголика нельзя заставить лечиться, он должен сам этого захотеть. Я сделал первый шаг – задал вопрос. А у жены уже был ответ.

– Что делать, если твой близкий человек – алкоголик?

– Первое и самое важное, если у вас есть такая проблема с вашим близким, – не мешать ему жить. Живите своей жизнью. Не учите его жить, он не должен жить, как вы хотите. У него своя жизнь, у вас своя. Если ему нравится пить, пускай пьет. Говорить ему, что он алкоголик, – это унижать его достоинство. Если бы вам сказали, что вы больны, как бы вы к этому отнеслись? Наверное, не захотели бы иметь с этим человеком близких отношений.

Человек может выздороветь, но не может излечиться от алкоголизма – это неизлечимая болезнь. Если не принимать меры, болезнь будет прогрессировать. Это как с ангиной, например: вы пьете лекарство, и она проходит. Но если вы продолжаете есть мороженое, пить холодную воду, то болезнь возвращается. Раньше вы съедали два мороженых – и у вас начиналась ангина, потом одно, а теперь просто понюхали мороженое – и у вас уже ангина. Вот так происходит с алкоголем.

– А может ли семья повлиять на то, что взрослый человек становится алкоголиком?

– Да, думаю, может. Надо смотреть, с чем человек приходит во взрослую жизнь. Например, брак «по залету», принуждение родителей, жены или мужа или постоянное «деньги давай!». Тут недолго сорваться. А как не сорваться? Алкоголь, наркотики или все время сидеть на работе.

Все зависит от человека, от его внутреннего мира. Для меня сейчас очень важно мое душевное состояние, моя духовность. Раньше я об этом никогда не задумывался, мне не давал этого сделать мой эгоцентризм, мои амбиции. Спонсор говорил мне: «Надо делать какие-то полезные вещи, быть полезным». Я не понимал: «Как это полезным?» – «Ну, помой посуду дома». Ну, хорошо. Я назавтра прихожу и говорю: «Слушай, меня штырит! Я помыл посуду, а меня никто не хвалит!» – «А ты делай это не для них, делай для себя!» – говорит мне спонсор. И со временем происходит следующее: каждый моет посуду уже сам за собой, я стал для них примером! Алкоголик всегда заботится только о себе, думает о своих целях, мотивах. Только на реабилитации ты учишься думать и о других.

Самое важное для меня сейчас – научиться чувствовать. Когда мне тепло в душе, значит, все хорошо, а когда холодно, я задумываюсь, почему. Значит, я иду не в том направлении.
https://citydog.by/post/alcostory/
Свернуть


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 24 ноя 2017, 19:11 
Аватара пользователя
Совершенно очевидно, что жизнь, наполненная ощущением недовольства, бессмысленна и лишена счастья. Позволяя недовольству овладеть собой, мы безрассудно расходуем то самое время, которое могло бы быть истрачено на что нибудь полезное. Для алкоголиков, чьи надежды связаны с сохранением и ростом духовного опыта, недовольство особенно нежелательно. Как мы выяснили, оно смерти подобно, ибо, питая это чувство, мы загораживаемся от сияния Духа. И тогда безумие алкоголя возвращается, и мы снова начинаем пить. А для нас алкоголь — это смерть. Для того, чтобы жить, мы должны освободиться от злобы. Обиды и злоба — не для нас. Они могут быть сомнительной роскошью, которую могут себе позволить люди нормальные, но для алкоголиков они — яд.

Книга Анонимные Алкоголики


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 26 ноя 2017, 20:18 
Аватара пользователя
Изображение
Уильям Гриффит Уилсон (англ. William Griffith Wilson) также известный как «Билл У.» — один из создателей первого сообщества Анонимных алкоголиков, которое впоследствии разрослось до более чем 100 тыс. групп во всех странах мира, включающих в себя более 2 млн человек. После смерти Уилсона в 1971 году его имя было включено в список 100 величайших людей XX века по версии журнала Time.
Уильям Уилсон родился 26 ноября 1895 года в городке Дорсет (Вермонт, США). В семье Эмили и Гилмана Уилсонов. Его дед по отцовской линии был алкоголиком, но бросил пить после нескольких лет отшельничества в горах. Оба родителя оставили Уильяма и его сестру на попечение бабушке и деду ещё в раннем детстве. Отца Уильяма практически не бывало дома — он постоянно разъезжал по деловым командировкам, а мать отправилась в народ изучать нетрадиционную медицину. В школе Уилсон показывал успехи, отлично учился, стал лучшим скрипачом в оркестре, а в старших классах и капитаном школьной футбольной команды.

В возрасте 17 лет Уилсон пережил серьёзную депрессию, связанную с гибелью любимой девушки — Берты Бемфорд.
Уильям Уилсон познакомился со своей будущей женой Луизой летом 1913 года, когда плавал в компании друзей на Изумрудном озере Вермонта. Два года спустя Уильям и Луиза обручились. В 1913 году Уилсон поступил в Норвичский университет, однако через год отчислился по собственному желанию из-за депрессии и неуверенности в себе. В следующем году он снова вернулся в университет, но через несколько недель подал заявления об отчислении из-за издевательств старшекурсников.

В июне 1916 года Уилсон записался в Национальную гвардию США. В следующем году он получил звание лейтенанта артиллерийских войск и был направлен проходить обучение в лагере для офицеров в штате Массачусетс. Во время обучения Уилсон впервые попробовал алкоголь. По его собственным воспоминаниям, это были несколько кружек пива выпитых с друзьями в баре. Первоначально, как он позже признался, ему не понравился вкус и наступающий затем эффект. Однако спустя неделю он, выпив на одном из офицерских вечеров несколько стаканов виски, почувствовал себя «очень раскрепощённо и хорошо». Впоследствии Уилсон писал, что нашёл для себя «эликсир жизни», помогающий ему справляться с внутренней неуверенностью.

24 января 1918 года Уильям Уилсон женился на Луизе. В начале февраля 1918 он был направлен в качестве артиллериста на фронт Первой мировой войны, где начал часто употреблять алкоголь, чтобы снять стресс после боёв и т. д.

В 1919 году Уилсон вернулся в США и переехал с женой жить в Нью-Йорк. Он поступил в юридическую школу, однако вскоре был отчислен, так, как явился вдребезги пьяным на один из выпускных экзаменов, и не смог связать и двух слов. После этого Уилсону удалось устроится на работу биржевым брокером. С этого момента он постоянно разъезжал с женой по стране и искал потенциальных инвесторов для выданных ему проектов. Тем не менее его алкогольная зависимость стала лишь усугубляться, он уже не останавливался ни днём, ни ночью. Попытки старых друзей объяснить ему, что он спивается, заканчивались ссорами.

На самых важных встречах, его жена постоянно старалась находиться рядом, чтобы удерживать его от пьянства, и первое время ей это удавалось, однако в конечном итоге алкогольные проблемы Уилсона взяли над ним верх и разрушили его репутацию.

В какой-то момент Луиза решила, что спасти положение сможет спорт. Главное — поставить цель, которая заинтересует мужа. Обыграть известного профессионального игрока в гольф Уолтера Хейгена — вот это задача, достойная Билла. Они с Луизой переехали за город. Но победить чемпиона ему так и не удалось — алкоголь победил Билла гораздо быстрее. По утрам у него дрожали руки и ноги.

Как ни странно, гольф только усугубил ситуацию с выпивкой. Биллу было приятно неторопливо перемещаться по площадке для избранных, потягивая виски. Иногда Билл Уилсон допивался до полного бесчувствия, и его выносили с поля. Однако он по-прежнему ворочал огромными суммами.

Крах на Нью-йоркской бирже в октябре 1929 года, лишил его доходов. Уилсон перешёл на более дешёвые алкогольные напитки и продолжал спиваться. Однако через несколько недель, он позвонил своему старому приятелю в Монреаль.

У того была своя брокерская фирма, и дела шли неплохо. Друг предложил Уилсону приехать и работать вместе. Билл собрался в один день. Через пару месяцев, продав дом, к нему присоединилась и жена. По-началу всё складывалось неплохо, Уиллсон даже временно прекратил пить, но ненадолго.

Весной 1930 года он вновь ушёл в запой и совершил опрометчивый поступок: взял с предприимчивого клиента на треть меньше денег, чем было обозначено в контракте. Просто потому, что тот оплатил ему выпивку в баре, где совершалась сделка. Через несколько дней Уиллсон был уволен.

Пришлось возвращаться в США. Родители жены из жалости пустили их к себе, но терзали постоянными упрёками. Билл долго искал работу, и в результате получил жалкую должность агента в маклерской компании. Работа была тяжёлая, а платили гроши. Настроение было противное, и каждый вечер Билл по дороге домой заворачивал в бар, где напивался до безпамятства. В пьяных спорах с женой он всячески отрицал наличие у него алкогольной зависимости. По собственным словам, к тому моменту его ежедневная доза алкоголя составляла две — три бутылки джина или дешёвого виски в день.

В 1932 году Уилсон, будучи изрядно пьяным, подрался с таксистом из-за сдачи — боялся, что не хватит на алкоголь. Дело закончилось разбирательством в полиции, и на карьере маклера можно было поставить крест.

Уилсон ушёл в запой. Допился до белой горячки, когда перестал узнавать жену и понимать, где находится.

Наконец, в 1933 году жене удалось уговорить его лечь в больницу на обследование, и доктор Уильям Силкворт поставил Уилсону диагноз — алкогольная зависимость 2-й стадии, и призвал его либо на всю жизнь отказаться от употребления спиртного, либо умереть через 10-15 лет от цирроза печени. Однако, выйдя из больницы, Уильям продолжил злоупотреблять алкоголем и даже увеличил дозу. Дело практически дошло до того, что жена хотела развестись с ним и выгнать из дома.
Наконец, в ноябре 1934 года изрядно пьяного Уилсона навестил старый приятель, также алкоголик Эбби Тэтчер, который ранее работал с ним в одной компании. На удивление Уилсона тот был трезв уже на протяжении не менее 3—4 недель, отказывался пить вместе с Биллом, и чувствовал себя отлично. Тэтчер рассказал Уиллсону о небольшой группе бывших алкоголиков, которые устраивали собрания в местной церкви, и пригласил его принять участие, но Уилсон категорически отказался от этого, а через несколько дней был срочно доставлен в больницу с приступом белой горячки и сотрясением мозга. Помимо белой горячки у него диагностировали острый алкогольный психоз, сопряжённый с депрессией. По воспоминаниям самого Уилсона, лёжа в больничной палате, он начал молиться и всего через несколько часов почувствовал себя очень обновлённым.

11 декабря 1934 года Уилсон был выписан из больницы и с этого момента больше ни разу за оставшуюся жизнь не употребил алкоголь. Почти сразу после выписки он принял предложение Тэтчера и начал ходить на собрания, устраиваемые так называемой «Оксфордской группой», чтобы помогать другим алкоголикам справиться с их проблемой. По собственным словам, в мае 1935 года, во время рабочей поездки в Огайо, Уилсон едва не сорвался, зайдя в местный бар, чтобы разменять крупную купюру. Тогда он понял, что может заменить выпивку, разговором «по-душам» с другим алкоголиком и помочь ему, чтоб не пить самому. По адресной книге местной церкви он нашёл доктора Боба Смита, который страдал алкоголизмом. После нескольких личных встреч ему удалось помочь Смиту бросить пить, и тогда они вдвоём начали ходить по адресам алкоголиков и помогать им справляться с их проблемами. Смит умер в ноябре 1950 года, в возрасте 71 года, так и не употребив алкоголь ни разу за 15 лет. Летом 1935 года Уилсон вернулся в Нью-Йорк и продолжил помогать алкоголикам в составе оксфордской группы.

В 1939 году, когда сообществу удалось помочь более чем сотне алкоголиков бросить пить, Уилсон решил написать книгу, чтоб расширить известность своего сообщества. Книга получила название «Анонимные алкоголики». В ней раскрывались 12 шагов духовного роста, помогающих справиться с алкоголизмом. Вскоре эту программу начали применять большая часть сообществ анонимных алкоголиков по всему миру. Пиком известности Уилсона стал 1955 год, когда он дал целую пресс-конференцию по-поводу пьянства и алкоголизма. В 1960-е годы Уилсон активно выступал за легализацию ЛСД в лечебных целях.
С начала 1960 Уилсон перестал появляться на собраниях алкоголиков, так как ему надоело постоянно выступать перед собравшимися в качестве основателя Анонимных алкоголиков. К концу своей жизни Уилсон, всю жизнь являющийся заядлым курильщиком, испытывал серьёзные проблемы с лёгкими и с 1969 года использовал кислородный баллон для облегчения дыхания, но всё ровно не бросил курить. В 1970 году Уилсон начал посещать своих друзей и знакомых по всей стране, чтоб попрощаться. Уильям Уилсон скончался 24 января 1971 года по дороге в больницу от эмфиземы и двусторонней пневмонии лёгких в городе Майами (Флорида, США) в возрасте 75 лет. Похоронен 27 января 1971 года в Дорсете, штат Вермонт, США.

Луиза Уилсон умерла 5 октября 1988 года в возрасте 97 лет и была похоронена рядом с мужем.

С Днем Рождения,Билли :-|-: Спасибо тебе,передавай привет Бобу :-|-:


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 27 ноя 2017, 09:35 
Аватара пользователя
" Большая книга АА Шаг за Шагом" ч.1 Спикер Григорий Т. Семинар в Израиле 23.04.16 ч 1
phpBB [media]


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 28 ноя 2017, 09:49 
Аватара пользователя
ПРАКТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

В среде АА я более восьми лет оставалась трезвой. Очень помог ла в этом практическая философия — способ мышления, дающий реальные результаты.
«Приняли решение перепоручить нашу волю и нашу жизнь Богу, как мы Его понимали». Третий Шаг можно понимать как жесткий приказ, особенно если человек не очень религиозен или же у него есть какие-то проблемы с «Богом», как, например, у меня. Мне по могло то, что я немного перефразировала это положение: «Бог, как я Его не понимаю» и «перепоручить мою волю и мою жизнь Добру». Эти две поправки позволили такой язычнице, как я, убрать религиозный аспект и воспользоваться духовными преимущества ми АА. Для многих из нас попытка понимания Бога заканчивается разочарующей констатацией, что мы Его не понимаем. Я испытала огромное облегчение, когда осознала, что мне просто и не надо Его понимать. Например, вам вовсе не надо знать, как растет дерево, чтобы построить деревянный забор. В АА практичный подход. Пы таться понять Бога до того, как вы начали работу по Третьему Шагу, по моему мнению, задача невыполнимая. И непрактичная.
В таком случае, как на практике человек может работать по этому Шагу? Я полагаю, что очень помогает просто перестать пытаться работать над ним. Почему? Да потому, что продолжающееся стремле ние работать по Третьему Шагу может быть ни чем иным, как еще одной попыткой опять же понять Бога. И снова это непрактично.
Многие люди настойчиво работают над вещами, которые не требуют никакой работы. Мы убеждены, что если не приложишь усилий, то ничего хорошего и не получишь, и что беззаботность чревата отрицательными последствиями. А по-моему, Третий Шаг никакой работы не требует, и воплотить его в жизнь можно имен но через беззаботность.
Позвольте проиллюстрировать это на примере случая, происшед шего со мной после года пребывания в АА Мои дела на работе, как я считала, были из рук вон плохи. Моя зарплата едва позволяла сво дить концы с концами. И вдруг появилась возможность улучшить положение. Но новая работа требовала переезда, и, кроме того, компания, предлагавшая работу, была хорошо известна тем, что частенько принимала на работу и увольняла людей, совершенно не считаясь с их интересами. В то же время, начальная зарплата там была на треть выше той, которую я получала. Старая работа была для меня посто янным источником беспокойства с того самого момента, как я стала трезвой, а получив новое предложение, я в течение нескольких ме сяцев днями и ночами терзалась и мучалась по этому поводу.
В сущности, я пыталась изменить ситуацию на работе волевым усилием, для чего писала меморандумы, обращалась с жалобами, стремилась навязать компании свои идеи. Кроме меня в компании работали еще сорок сотрудников. Я не могла изменить всех. Теперь, когда я получила новое предложение, голова у меня совсем пошла кругом. Мне не хотелось переезжать, потому что я стала частью большой группы АА и нашла там много друзей. Я разрывалась между желанием не упустить более высокую зарплату и сохранить более стабильную работу, между необходимостью переезда в незнакомый город и желанием остаться с друзьями, которых приобрела в АА. Кому-то все это, возможно, и не доставило бы большого беспокой ства, например, заключенному в тюрьме, но для меня в то время этого с избытком хватало на то, чтобы обращаться к врачу за таблетками от расстройства желудка, напрочь испортить настроение и полностью нарушить привычный уклад жизни.
Наконец я пошла к другу из АА с большим сроком образцовой трезвости. Он не говорил о Третьем Шаге, по крайней мере, конкретно его не упоминал. Он сказал: «А почему бы тебе не попробо вать один год просто ничего не делать?» Я переспросила, что он имеет в виду. Он посоветовал мне остаться на прежней работе. Порекомендовал перестать беспокоиться по поводу размера зарплаты, каждый день просто ходить на работу, получать удовольствие от отсутствия беспокойства за положение моих дел, принимать каждый новый день таким, каким он сложится, и заниматься тем, что кажется наиболее интересным и полезным в данных обстоятель ствах, вести такой образ жизни в течение года. Подумать только! Целый год никакого забот! Лучше чем оплаченный отдых.
Я так и поступила. Я так устала от беспокойства по поводу этой паршивой работы, что испытывала огромное наслаждение просто ходить каждый день на работу и ни о чем не думать. Другими словами, я капитулировала, но очень оздоровляющим образом. Настроение у меня поднялось, все стало лучше получаться на ра боте. В течение года меня дважды повышали в должности, соответ ственно, выросла и зарплата. Потом я перешла в другую фирму, причем все было сделано по-доброму, я сохранила хорошие отношения с бывшими коллегами.
Это был самый полезный год в моей жизни. Я на собственном опыте убедилась в справедливости известного старого клише, что можно изменить только себя, но ни в коем случае не окружаю щий тебя мир. Я узнала, что можно работать по Третьему Шагу, не работая над ним. Можно работать по нему, освободившись на год от всяких забот. В конце года, если вы получили удовольствие от этой беззаботности, продлите ее еще на год. Каждый из нас ежедневно должен что-то делать: работать в учреждении или на фабрике, нести службу в армии, вести домашнее хозяйство или что другое. Никто из нас не обязан понимать Бога или волноваться по поводу того, что вне нашего контроля. Мы можем позволить себе такую роскошь, как беззаботная жизнь. Каждый из нас может нормально провести один день, достаточно просто делать свое дело и вести семейную жизнь. Мы не обязаны решать мировые проблемы или стараться понять то, чего до сих пор не может понять ни один богослов ни одного религиозного течения.
Просто надо перестать лезть в дела Бога. И когда мы переста нем лезть и беспокоиться, вот тогда, по-моему, мы и перепору чим нашу волю и нашу жизнь Богу (или Добру), как мы понимаем (или не понимаем) Его.
Сан-Хосе, Калифорния


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:10 
Аватара пользователя
Третья категория – кредиторы
«Мы не избегаем наших кредиторов». Обычно кредиторы знают о нашем употреблении. Если же нет, то нам стоит рассказать им всю правду. Если выплата невозможна, мы договариваемся о наилучшем варианте. Мы можем начать выплачивать позже или с небольших сумм, увеличивая их по мере того, как мы финансово крепнем. Самое главное – добиться понимания. Мы должны быть уверены, что всё нормально в наших отношениях, чтобы страх не вернул нас к выпивке. Когда кредиторы поймут природу нашего алкогольного заболевания, они увидят, что их деньги смогут быть выплачены только в случае нашей трезвости, поэтому они будут рады пойти нам навстречу и договориться.
Четвертая категория – умершие.
Часто вред, который мы причинили умершим родным и друзьям, ведёт нас к само-осуждению. Этого не стоит делать, это очень опасно. Мы защищаемся от самоосуждения разумной молитвой.
Мы должны понять тщетность раскаяния в ошибках, которые невозможно возместить. Мы не можем позволить таким ошибкам прошлого испортить нашу полезность в будущем. Мы рассуждаем, что вред, причинённый умершим людям, будет частично возмещён нашим новым образом жизни, и, хотя мы не можем обратиться к умершим, мы можем возместить ущерб живущим родственникам. Если это не-возможно, мы обращаемся в молитве к Богу, прося Его увидеть готовность в наших сердцах и простить нас за этих людей.
Ещё существуют проблемы, с которыми мы каждый день должны обращаться к Богу. Это становится автоматическим действием, так как они являются требованиями каждого из Двенадцати Шагов. Программа АА – это один большой процесс возмещения ущерба, разделённый на Двенадцать частей.
Прежде чем мы сможем разобраться с ущербом, нанесённым другим людям, нам нужно убрать причину морального и физического разрушения самого себя.
Алкоголизм – наша болезнь. Она явилась причиной того вреда, который мы при-несли нашим семьям, друзьям и тем любимым людям, которые уже ушли в мир иной. Она отвечает за то, что мы у них в долгу, она ответственна за наше плохое физическое состояние, она привела нас к иррациональному мышлению, безрассудному поведению и духовному расстройству.
Мы возмещаем ущерб самим себе – личностям, которыми мы были до того, как стали алкоголиками – тем, кто принимает нашу болезнь, узнаём свои дефекты характера, убирая их из нашей жизни заботой о физическом состоянии своего организма, восстановлением своего духовного аппарата с помощью трезвости и излечением своей душевной болезни через понимание и выполнение воли Бога. Восстановление алкоголика напрямую зависит от возмещения ущерба, и это будет продолжаться всю его оставшуюся жизнь.
Часто мы склоняемся к тому, чтобы заполнить наш список мелкими ошибками, которые все давно забыли и не считаются важными. Такие ошибки никогда не за-кончатся, их необходимо забыть и отпустить. Многие из нас не уверены в целесообразности возмещения некоторых ошибок. Лучшей мерой в отношении таких вопросов будет ваша совесть – если такая ошибка всё ещё беспокоит вас, значит, безусловно, её нужно возместить.

Маленькая Красная Книга


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:11 
Аватара пользователя
Изображение


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:12 
Аватара пользователя
Вторая категория – члены семьи
Люди из этой категории являются членами наших семей. Самый частый пример – это супруги алкоголиков. Затем следуют матери, отцы, сыновья, дочери и часто близкие друзья, чьи жизни мы «держали в смятении из-за своей эгоистичности и невнимательности». Мы были «как торнадо», раня сердца и разрывая «тёплые отношения». Вред, который мы принесли этим людям, длился годами. Поэтому много времени займёт и возмещение его.
Наш подход к таким ситуациям не должен стать проблемой, только если наша семья не развалилась, и разлад не сделал возмещение ущерба невозможным. Но даже тогда образ жизни по Программе поможет нам, ибо наши родные узнают о длительности нашей трезвости. Скорее всего, потребуется время для примирения, но положительные изменения могут наступить в какой-то момент. Часто мы начинаем этот процесс письменно, но, когда это возможно, предпочтительнее делать возмещение вреда лично.
Если ваша семья сохранилась, то члены семьи знают о желании алкоголика излечиться, и они стремятся во всём помочь такому человеку.
Очень важно продолжать читать книгу «Анонимные Алкоголики», чтобы получить понимание алкоголизма и Шагов, необходимых для прохождения программы выздоровления. Новому члену необходимо полное понимание и поддержка своей семьи. Алкоголику намного проще и легче возместить ущерб, если его семья принимает то, что он пытается сделать.
Наша трезвость становится благословением людям из второй категории. Как правило, трезвость и есть этот самый главный элемент нашего возмещения вреда, который мы можем дать им, но это лишь частичное возмещение, которое должно сопровождаться другими добрыми и заботливыми действиями. Одной трезвости недостаточно. Мы должны быть тактичны и внимательны ко всей семье. Должны появиться сотрудничество и гармония. В этом нам помогут очевидность нашей любви и желание стать достойным уважения родных. Но часто встречаются ситуации и непоправимого урона. Если такое случается, то надо хотя бы постараться вы-разить своё искреннее желание и готовность изменить ситуацию. Когда такое воз-можно, то не следует терять времени.
Проблемы в отношении секса часто усложняют жизнь многих алкоголиков. В первую очередь, необходимо задуматься о том, как остановить проблему в самом зародыше. Основной фактор в жизни всех членов АА – это честность, которая не оставляет места изменам.
При исправлении проблем сексуального характера необходимо подумать о том, чтобы не нанести травму другим. Мы должны оставаться тактичными в тех ситуациях, когда необходимо возместить ущерб. Если возникнет ревность, то это только усугубит проблемы. Справедливость, медитация и молитва должны стоять на пер-вом месте. Мы передаём проблемы в руки Бога и затем следуем тому, куда нас направляет Его воля и наша совесть.

Изображение


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:13 
Аватара пользователя
При возмещении ущерба необходимо начинать с медитации и молитвы. Никогда нельзя делать этого без молитвы, потому что самостоятельно вы не достигнете полной эффективности. Осознанный контакт с Богом при возмещении ущерба другим необходим не только потому, что вы получите лучший результат, но и потому, что вы сможете избежать ситуации, которая может повредить другим. Осторожность в этом процессе очень важна.
Присутствие Бога в нашей жизни теперь меняет и возвышает наши психические и физические занятия. Это даёт нам смирение, которое необходимо для возмещения ущерба, и стимулирует начало процесса. Мы пытаемся упорядочить свои жизни. Мы делаем это через максимально возможное служение Богу и людям, окружающим нас.
И тогда возникают вопросы – Чьи имена мы напишем в нашем списке? Как мы возместим ущерб этим людям? По каким правилам надо действовать?
Все ответы на эти вопросы находятся в книге «Анонимные Алкоголики» в Шестой главе в описании Восьмого и Девятого Шагов.
Последующее объяснение, помещённое на этих страницах, является кратким и должно быть дополнено в соответствии с определёнными личными нуждами каждого члена АА.
Мы считаем невозможным объяснить полностью этот сложный процесс, но дадим вам некоторые советы и примеры для руководства. Наш список определяет четыре категории людей, которым ущерб должен быть возмещён. Мы также упоминаем пятую категорию людей, которые не входят в этот список, но о которых мы должны постоянно думать, если хотим получить гарантию каждодневной трезвости.
Первая категория – друзья
Эта группа включает в себя людей, которые являются близкими друзьями, партнёрами по бизнесу, теми, к кому мы испытываем дружеские чувства, но с кем испортили отношения благодаря своим обидам, гордыне или воображаемым ошибкам. Это те, с кем мы плохо обошлись, но кому ничем не навредили, кроме резких слов или глупого поведения, и кому мы не задолжали.
Мы должны обратиться к этим людям со всей искренностью. Наш подход должен быть спокойным, чистосердечным и открытым. Мы хотим убедить этих людей в своих добрых намерениях и в том, что мы сожалеем о том, как с ними обошлись.
Мы объясняем им своё заболевание алкоголизмом, природу обид и ненависти по отношению к собственной трезвости. Мы подчёркиваем наши благие намерения и просим прощения и понимания в наших дальнейших отношениях. Наша цель – создание доброй воли и восстановление дружбы.
Мы стараемся дать этим людям понять, что мы – не религиозные фанатики, но, если об этом зайдёт речь, не станем отрицать Бога или идеи духовности.
Мы не возмещаем ущерб тем людям, кто ещё испытывает острую боль от нашей недавней обиды, и никогда не сделаем этого в случае, если наши действия причинят вред другому человеку.
Будут такие случаи, когда наши попытки пропадут даром. Если мы не в состоянии найти примирения и нас плохо принимают, то надо просто отложить разговор в надежде, что со временем наша трезвость и будущие дела помогут восстановить отношения с этим человеком.
Основные задачи, о которых надо помнить: это наш долг – делать, мы не станем унывать или прекращать попытки из-за плохого или резкого приёма, наше намерение – быть в гармонии, ни при каких обстоятельствах мы не станем злиться или обижаться.


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:53 
Аватара пользователя
phpBB [media]


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 08:57 
Аватара пользователя
Очень хорошая тема. Читаю, когда время есть. :a_g_a:
Однозначно помогает сортировать в голове. Спасибо Лёха и Мише! :ki_ss:


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 10:30 
Аватара пользователя
Я просто сделаю акцент на некоторых моментах..

В разговоре, состоявшемся в Акроне (штат Огайо) в июне 1935 года между биржевым маклером из Нью-Йорка и местным врачом, родились те мысли, которые, разгоревшись подобно искрам, привели к созданию первой группы АА. Шестью месяцами ранее маклер неожиданно был избавлен от навязчивого стремления к алкоголю, пережив духовное озарение после встречи со своим другом-алкоголиком, который имел связи с тогдашними Оксфордскими группами. Ему также оказал огромную помощь покойный доктор Уильям Д. Силкуорт, нью-йоркский специалист по проблемам алкоголизма, которого ныне члены АА считают не менее чем святым от медицины и рассказ которого о периоде становления нашего Содружества помещен ниже. От этого врача маклер узнал о зловещей природе алкоголизма. И хотя он не мог принять все принципы Оксфордских групп, он все же признал необходимость оценки своей жизни с нравственных позиций, признания собственных изъянов, возмещения ущерба пострадавшим, оказания помощи ближним, а также убедился, что надо верить в Бога и полагаться на Него.

До своей поездки в Акрон маклер упорно работал с многими алкоголиками, придерживаясь мнения, что только алкоголик может помочь алкоголику, но единственное, что ему удавалось, — это самому оставаться трезвым. Маклер поехал в Акрон по делу, которое сорвалось, вызвав у него сильный страх, что он может снова начать пить. Неожиданно он осознал, что для того чтобы спастись, он должен передавать свои идеи другому алкоголику. Таким алкоголиком оказался врач из Акрона.
Этот врач неоднократно прибегал к духовным средствам для разрешения проблемы своего алкоголизма, но безуспешно. И когда маклер привел ему определение, данное алкоголизму доктором Силкуортом, а также его безнадежный прогноз, врач стал использовать духовные методы лечения своей болезни с небывалым доселе рвением. Он окончательно бросил пить и не выпил ни капли спиртного вплоть до самой своей смерти в 1950 году. Это, видимо, подтверждает мнение, что никто не может так повлиять на алкоголика, как другой алкоголик. Это также говорит о том, что напряженная работа одного алкоголика с другим имеет жизненно важное значение для поддержания трезвости.

И вот оба человека, чуть ли не с неистовством, принялись за работу с алкоголиками, прибывавшими в специальное отделение городской больницы Акрона. И первый же их больной, один из полностью отчаявшихся, сразу начал выздоравливать и стал третьим членом АА. Он не выпил с тех пор ни капли спиртного. Эта работа в Акроне продолжалась все лето 1935 года. Было много неудач, но время от времени были и внушающие надежду успехи. Когда осенью 1935 года маклер вернулся в Нью-Йорк, первая группа АА фактически уже сложилась, хотя этого никто тогда не осознавал.
БК,Предисловие ко второму изданию.


Наверх   Не в сети   Вниз
  
 Заголовок: Истории членов АА.
СообщениеДобавлено: 29 ноя 2017, 10:42 
Аватара пользователя
Die Wölfin, благодарю за тёплые слова) :-|-:


Наверх   Не в сети   Вниз
  
1 ... 13 14 15 16 17 18 19 ... 41


Сейчас этот раздел просматривают:

CommonCrawl [Bot] (в этой теме) и гости: 3


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти: